— С него станется, — с неохотой признал он.
Да. Лучше верить, что ребята сбежали по своей воле и с ними всё хорошо, чем в те пугающие картины, которые рисовало воображение.
Майла опустила плечи, потопталась ещё немного и понуро уселась на место. Ильдан с одобрением проследил, как Ромен придвинулся поближе и осторожно приобнял её. Хороший парень. Столько недомолвок, а всегда чувствует, когда пора остановиться или наоборот, действовать.
Все замерли — хлопнула входная дверь. Ильдан уставился в коридор, ожидая увидеть всклокоченную шевелюру куратора, но…
— Простите за вторжение, — с радушной улыбкой произнесла Юлона, появляясь в дверях под стук каблуков. — Как удачно, что вы в сборе.
Ильдан уставился на нотту исподлобья. «Удачно», ага. Специально, поди, выслеживала момент. Да и какой там, честно говоря, в сборе… Или это не оговорка, а намёк? Не явилась ли помощница лидера сообщить им, что Маркий с Кариной больше не принадлежат семье?
— Не смотрите так, — отмахнулась гостья, без стеснения усаживаясь за стол — на то самое место, которое обычно занимал Ортей. — Разговор будет кратким и честным. Хоть и немного неприятным.
— Новости?.. — выпалил Талат, явно не успев подумать. — Про… — и всё же осёкся.
Ильдан обжёг сконфуженного младшего строгим взглядом, вздохнул и развернулся к Юлоне. Та наблюдала за этой сценой молча и с лёгкой улыбкой.
— Ну так? — поинтересовался он, рассудив, что терять уже нечего. — Серьёзно, есть про них новости?
— Нет, — развела руками нотта. — Именно, что про них нет. Стыдно признаться, но здесь я знаю не больше вашего. А то и меньше.
Повисло молчание. Шестые теперь глядели недоверчиво.
— Вы не думайте, — усмехнулась Юлона, не дождавшись комментариев, — я никого ни в чём не обвиняю. Я вижу, что вам нечего мне сказать. Но… Поймите правильно, пускать на самотёк события нельзя. Ваши пропавшие товарищи — весьма необычные рены, согласитесь? Я лично не могу позволить себе сидеть в неведении и ждать, пока они причинят вред Кумсоре…
— Не причинят, — неожиданно перебила Камайла.
Ильдан дёрнулся. Не нужно было быть ноттом, чтобы уловить, сколько боли прозвучало в её голосе.
— Боюсь, — мягко и невозмутимо произнесла Юлона, — никто из нас не может утверждать с уверенностью. Вы, как и я, ничего не знаете наверняка. А вот ваш куратор, — она сделала многозначительную паузу, — в курсе.
— В курсе и не говорит вам? — фыркнула Камайла, в упор глядя на нотту.
Ильдан покосился на неё с опаской. Не нравился ему этот горящий взгляд. Как бы не сболтнула лишнего…
— В курсе и не говорит вам, — спокойно парировала Юлона. — Обсуждает только с бывшим лидером.
— А, так Илур знает? — вмешался Ильдан, стараясь придать голосу как можно больше беззаботности. — Значит, это он велит Орту помалкивать. Значит, на то есть веские причины. Не пойму только, что тебе за дело. Разве ты не работаешь на Илура?
— Я не на Илура работаю, — сухо отрезала Юлона, — а на Ареносу и Кумсору. А вот на кого работает Илур, я, честно говоря, не понимаю. Он всегда был куда сильнее в ноттике. И подозрения мои растут с каждым днём.
— Мы через это уже проходили, — заметила Азира. — Всё обернулось пустыми сомнениями. И…
— Мой начальник — чертовски одарённый нотт и просто талантливый хитрец, — перебила Юлона. Голос её растерял доброжелательность. — Он может вертеть сотнями ренов всех возрастов и способностей — не исключая Ортея и лидеров — так, что те даже не заподозрят об этом. Это ведь вы тоже уже проходили, правда?
Она снова окинула взглядом помрачневших шестых и поднялась со своего места:
— Не собираюсь ничего требовать. Если вас устраивает оставаться в неведении о судьбе товарищей — пожалуйста, продолжайте.
Ильдан нахмурился. Что ещё за провокации?
Тишину, наступившую после хлопка закрывшейся двери, нарушил Талат:
— Она права.
— Орта всё равно нет, — буркнула Камайла, тоже поднимаясь. — А завтра уезжать.