— На выход, — ровным голосом велел куратор, лишь только винты умолкли.
Шестые послушно поднялись и зашагали к отъезжающей вниз двери — собранные, серьёзные. Образцовые подчинённые.
— Видишь её? — тихо спросил Марк.
— Нет, — скривился Ортей. — Ни одного нотта не вижу. Но это вовсе не значит…
Он не стал договаривать, кивком отправил Марка вперёд и зашагал следом.
На посадочной площадке всё с виду было как всегда. Вопреки ожиданиям, их не окружила пара десятков форсов во главе с Юлоной и с орнаментами наготове. Да и смысл? Куда они могли сбежать — в степь, в холмы?
А вот взгляды, которые кидали на вернувшихся студентов ритмы у портала, трудно было истолковать неверно. Марк, посматривая на товарищей, подметил, как те с разной степенью успешности пытаются делать вид, будто ни о чём не подозревают. Хуже всего выходило у Ильдана.
— Шестая семья в полном составе прибыла, — обыденным тоном сообщил Ортей ритму-инспектору, как только купол с треском сомкнулся за их спинами. — Миссию на рийской опорной базе не выполнили; отозваны из-за необходимости предстать перед трибуналом.
— По какой, интересно, причине? — негромко произнёс ритм, не поднимая глаз от своего блокнота.
Марк покосился на Ортея — на лице того медленно расползалась улыбка. Разумеется, обычно ритмы таких вопросов не задавали. Не имели права задавать. А тот, кто решился нарушить этот запрет, мог решиться и на большее.
— По причине того, что суём нос не в свои дела, — вкрадчиво объяснил куратор. — И, кажется, на этот раз наткнулись им на некоторые обстоятельства, которые кое-кто очень желает оставить в секрете.
Глаза инспектора оторвались от записей и встретились — всего на мгновение — со взглядом Ортея. Затем стремительно обежали лица собравшихся за своим куратором шестых и, наконец, неторопливо заскользили по припорталью — огороженному плотной полукруглой стеной участку, что выполнял роль шлюза между короной и внешним миром.
Двое ритмов застыли у портала, не сводя глаз с вернувшихся. Ещё один — напротив, у серых ворот, ведущих в Ритму. Рядом, у чёрных ворот, бросал на них настороженные взгляды форс. Разумеется, расслышать слова Ортея или инспектора с такого расстояния он не мог, но, кажется, был готов к любой неожиданности…
— Что ж, с возвращением, — как ни в чём не бывало произнёс инспектор и опустил глаза обратно в свой блокнот, перед этим кивнув на подчинённого у серых ворот. — Подсунули бестолкового новичка на дежурство. То и дело забывает запирать вход в сектор.
— Сочувствую, — тихо откликнулся Ортей. — Случись что, проблем из-за него не оберёшься, верно?
— С проблемами сам разберусь, не в первый раз, — сухо заметил ритм. — Идите, не задерживайтесь. Вас, наверное, заждались уже.
Все поняли? — раздался в голове голос Ортея, пока они шагали к воротам своего сектора. Куратор дождался мысленного отклика от младших и напомнил: — Потом сразу врассыпную, не мешкайте.
— Давайте поживее, — ворчливо поторопил форс, стоило им приблизиться. Кайма на его форме отливала серебром. — Вечно эти серые целый допрос устраивают.
Марк чётко ощущал скопление эмоционалов за стеной, их мрачный дух.
— Не нам их винить, — добродушно заметил Ортей. — Таковы обязанности.
— Да, — вздохнул аргент, вытаскивая из-за пазухи массивный ключ. Марк заметил, как старательно он прятал взгляд от куратора. Да и разве аргентам полагается дежурить у ворот припорталья? — Иной раз приходится делать и то, чего совсем… Эй!
Последнее, что мелькнуло в глазах незадачливого аргента — яростное сожаление о том, что потерял бдительность, приняв послушание провинившихся студентов за чистую монету.
— Скорее! — заорал Ортей, подхватывая бессознательное тело форса мягким полем и одновременно опуская хитрый засов, что запирал ворота изнутри.
Ильдан уже нёсся к ритму у ворот, занеся для удара руку — но тот лишь шагнул в сторону, жестом показывая, что не намерен мешать. Марк рванул следом, на всякий случай закрыв себя и товарищей барьером. Но инспектор и двое у портала тоже стояли неподвижно, лишь внимательно наблюдая за переполохом.