- Думаю, эта хренатень не продержится и десяти минут. – Веско констатировал он, закончив последний осмотр на наличие ошибок. – Нет, две-три минуты максимум.
«Пришлось конкретно выебать себе мозги ради этого шанса…»
- Я буду ждать у костра.
Чернокнижник коротко покачал головой, забираясь в отведенное для себя место в центре основного круга.
Раньше он мог бы, случись у него отличное настроение, отпустить Инфей в родной мир. Это было вполне ему по силам. Пусть вероятность подобного поступка и стремилась к сотым долям процента. Но не теперь. Не после того, как ей довелось увидеть его шедевр и главную тайну в одном лице.
Суккуб ничего не понимала, в этом демонолог был уверен, ведь мало кому покорялись таинства душ и глубины магии Тьмы, это не отменяло свершенного факта.
Отныне ее судьба была проста – умереть, когда того потребует ситуация.
Усевшись в круге, Тирисфаль подогнул левую ногу, положив ее на доски, а правую согнул в колене, оставив вертикально. В нее он уперся лбом и погасил свое зрение, предварительно, естественно, не забыв разложить расходники: кристаллы маны и камень души, по надлежащим местам.
Глава 7
Переборов иллюзорное чувство бесконечного падения, Тирисфаль усилием воли согнал с себя наваждение и открыл глаза.
- И тут… что-то не так. – В равной доле смиренно и мрачно выплюнул он в пустоту перед собой.
Мужчина практически ничего не видел во мраке, что было крайне необычно для него.
До предела напрягая зрение, он посмотрел по сторонам, не спеша куда-либо двигаться.
Слева и справа от себя маг смог рассмотреть каменную кладку, под ногами кривовато уложенные плиты, а впереди – мрачную неизвестность.
«Волшебно»
В два осторожным шага приблизившись к стене, он положил на нее черную, будто сгусток тьмы, слабо клубящуюся ладонь, ничего не почувствовав. Материя руки подрагивала, искажалась, пальцы то и дело истончались, почти пропадая. Порой на их месте, на долю мгновения, проступали иные, более длинные, с прямыми заостренными когтями и большим количеством суставов, чтобы немедленно смениться вполне человеческими.
Колдун застыл, всецело отдавшись внимательному наблюдению. На протяжении всего процесса в нем зрело понимание и… страх.
Прозвучавший на грани слуха, в абсолютной тишине, скрежет заставил его встрепенуться и осмотреться в тщетной попытке обнаружить источник шума.
Звук напоминал, ставший чернокнижнику до боли знакомым, скрип дерева. Будто что-то оцарапало доски.
Прозвучавший следом истошный вопль, переходящий в отвратительный визг, совсем рядом, не дальше пары метров по коридору, сковал духа напряжением.
«Это не нормально, ничего подобного не должно быть в Чертогах Естества»
Наплевав на нежелательность использования маны, мужчина собрал часть окружающего мрака, чистейшую энергию тьму, вокруг правой кисти, выставив ее чуть вперед, быстро сформировав нужную структуру.
Стрела Тьмы, вспарывая пространство, устремилась в темноту, точно в сторону ближайшего звука, однако ничего не произошло. Находившаяся там тварь не прекратила шуметь и никак не отреагировала.
«Промазал?»
Вторая попытка оказалась не менее результативной.
Набросив на себя Демонический Доспех, Тирисфаль осторожно двинулся вперед, ступая не слышимо, ведь был не вполне материален.
Скользя левой дланью по стене, он четко почувствовал краткое смещение в пространстве, словно угодил в небольшую впадину. И тогда же раздался особенно громкий вопль.
Рефлекторно запустив заклинание на звук, демонолог отскочив в сторону, к центру коридора. Хруст древесины и жалобный визг не помешали ему запустить следом еще пять Потусторонних Разрядов, пущенных плотным пучком со всех пальцев правой руки. И только резкая вспышка боли не позволила применить Пламя Тьмы, жутко затратное в его случае, но весьма эффективное заклинание, когда дело касалось истребления различного рода духов и прочей подобной братии.
За болью пришло облегчение. Будто избавился от части тяжелой ноши.
Все еще ничего не видя дальше метра перед носом, маг прислушался, попутно подвешивая в ауре пару слабеньких формул.
Посторонние звуки мигом утихли. Прекратилось копошение. Пропал скрежет о дерево и камень. Исчезли скулеж и рычание, ранее терзавшие сознание на грани слуха.
Выплюнув несколько тихих проклятий, мужчина вернулся к месту, от которого отпрыгнул. Его пытливому взгляду открылся проем с остатками двери на петлях.