– Гостей немного, но ведь все люди не чужие, с каждым нужно поговорить… о разном, – отозвался княжич и вновь тяжко вздохнул. Очень тяжко. – У меня только на разговор с тёткой добрых полчаса ушло.
– Ладно-ладно, я понял, – усмехнулся я в ответ. – Я у тебя в списке не последний, а посему ты хотел бы получить подтверждение моего визита и перейти к обзвону оставшихся, да?
– Какой ты догадливый, – едко произнёс Болх.
– Форма одежды? – поняв, что собеседник действительно не горит желанием болтать дальше, я перешёл на телеграфный стиль.
– Без официоза. Это будет такой же ужин, на котором ты присутствовал пару месяцев назад. Все свои, – правильно поняв мой тон, уже куда веселее откликнулся Болх. – Я передам князю, что ты будешь.
– А я мог отказаться? – пробормотал я.
– А кто-то мог тебя заставить? – в тон произнёс княжич и, хохотнув, договорил: – До завтра, Ерофей!
Вот же… гадство. С другой стороны, а с чего я должен был бы отказываться от поездки в гости к Старицким? Люди у них, как я помню, собираются весьма интересные, вон, хоть того же Бадри Автандиловича вспомнить, да и… повар у Виталия Родионовича хорош. Очень. А ещё будет возможность поговорить с князем о выданном мне сертификате. Вот ни за что не поверю, что его выдали без ведома моего покровителя. А если он в курсе, значит, должен знать, зачем это было сделано… если сам не был инициатором, в чём я почти не сомневаюсь, если честно.
Вернуться к работе мне не удалось. Стоило только вновь открыть рабочее поле зеркома, как по квартире разнеслась трель дверного звонка.
– Йоганн? – вот уж кого не ожидал увидеть на пороге своего дома, так это старосту класса. – Ты как меня нашёл?
– Полина Георгиевна твой адрес дала, – Вермеер прошёл в прихожую и, оглядевшись по сторонам, одобрительно кивнул, но тут же спохватился. – Доброго дня, Ерофей. Извини, что без предупреждения, но… у старост и каникулы не каникулы.
– Что-то случилось в гимназии? – удивился я.
– Нет-нет. Просто получил задание от куратора, вот выполняю, – отмахнулся Йоганн. – А ты неплохо устроился. Не знал, что университет сдаёт жильё в найм посторонним.
– Условие контракта, – пожав плечами, ответил я. – Проходи в комнату, попьём чаю, отогреешься, заодно расскажешь, каким ветром тебя занесло.
– С удовольствием, на улице и впрямь холодно, словно мы не в Хольмграде, а в Архангельске, – улыбнулся одноклассник, скидывая пальто. Я тем временем извлёк из шкафа мягкие «домашние» туфли и подал их гостю. Йоганн удивился, но, не обмолвившись и словом, начал разуваться. Ну да, тапки здесь не в ходу. Хозяевам дома их заменяют такие вот «мокасины», а хозяйки носят что-то вроде полусапожек на небольшом каблуке. А вот гости… гости обычно не переобуваются вовсе. Честно говоря, я бы и не стал предлагать Йоганну домашние туфли, если бы не видел, что тот продрог от кончика носа до самых пяток. А в таком случае согреть ноги – первое дело. Не принято? Да и чёрт с ним. Лучше уж так, чем свалиться с простудой.
Пока я выставлял на стол чайные принадлежности и грел воду, Вермеер, устроившийся в полукресле у окна, с любопытством крутил по сторонам головой, рассматривая довольно скудную обстановку моей квартиры.
– А ты не любитель захламлять дом, а? – произнёс староста, с благодарным кивком принимая чашку с горячим, ароматным чаем, от души сдобренным смородиновым листом.
– Не особо, – согласился я, но тут же добавил: – Но в данном случае это всего лишь следствие моего недавнего переезда. Ещё не успел толком обрасти вещами.
– Понятно, – Йоганн старался держать чашку так, словно он находится на официальном чаепитии в доме какой-нибудь чопорной матроны, хотя я прекрасно видел, что замёрзший бедолага так и хочет обхватить чашку руками. Лёгкий согревающий конструкт без проблем лёг на рукава его пиджака. Но заметил его Вермеер, лишь почувствовав распространяющееся по рукам тепло. – Ух ты… научишь?
– Не проблема, – отозвался я, отхлебнув добрый глоток чая. – Как только расскажешь, что за дело привело тебя в первый же день каникул в мой дом.
– Маскарад, – отозвался Йоганн.
– Не понял, – я помотал головой. – Какой маскарад?
– Гимназический рождественский бал, – Вермеер произнёс три слова так, словно они всё объясняли.
– А теперь, для альтернативно одарённых, – после небольшой паузы, вздохнул я. – Кто, что, куда, зачем?
– О… – староста даже замер на миг, но почти тут же спохватился и, сделав длинный глоток, моментально ополовинивший его чашку, пустился в объяснения: – Я так понимаю, что новость о предстоящем Большом рождественском бале прошла мимо тебя точно так же, как и все остальные события в гимназии?