– Командир «Дельты», говорит «Дельта четыре», – принялся Дэв вызывать командира по каналу тактической связи. – Катя? Ты что-нибудь видишь?
– Кузо, Дэв, это место – мёртвая пустыня, – ответила Катя. – Похоже на кладбище. – Кажется, здесь нет ничего живого по меньшей мере сто лет!
Слева от себя Дэв видел других членов команды «Дельта» – «Полководца» Кати и ещё четыре страйдера из первого взвода. Справа, стараясь не отстать от разведывательной группы страйдеров, на длинных паучьих ногах ковылял бронированный шагающий транспорт «Кани». Несмотря на присутствие других страйдеров, в этой могильной тишине, такой же гнетущей, как и мерзкие образования, окружавшие его, Дэв чувствовал себя неуютно и одиноко.
– Командир «Дельты», говорит «Дельта-1», – послышался голос Хейгана. – Появился какой-то посторонний радиосигнал: частота G и Н…
– Жутковато, правда? – присоединился к нему Николссон. – Как будто мёртвый город поёт нам серенаду…
Когда Дэв изменил радиочастоту, он тоже уловил помехи, хотя на этот раз это были не привычные треск и шипение статики, а модулированное бренчание, похожее на звучание басовых струн музыкального инструмента.
– Я тоже слышу, – подтвердил он. – Интересно, кто это поет?
Они подошли к пропасти, каньону с отвесными стенами, прорубленному в тверди камня. Через него были перекинуты сводчатые арки. С перпендикулярных стен свешивались многочисленные, свободно болтающиеся трубчатые формы ксенофобов. Дна, терявшегося в тени, видно не было. Дэв лазером проверил глубину каньона и, оказалось, что пропасть уходит вниз на две сотни метров.