– А, Камерон. – Она указала жестом на второй из двух стульев, что были в кабинете. – Проходите и присаживайтесь. Как вы устроились? Привыкаете ?
– Думаю, всё отлично, спасибо. Нам ещё многое нужно усвоить, многому научиться. Есть вещи, с которыми нас не знакомили в базовом лагере.
Услышав это замечание, она улыбнулась.
– Такая она есть, реальность. Всегда немного выбивает из колеи.
Она замолчала, словно не знала, как выразить словами то, что собиралась сказать.
– Думаю, что самым верным будет сказать вам обо всём прямо. Вашу просьбу о повторном тестировании я отклоняю.
Он почувствовал, как его захлестнула волна ярости. Всё его существо протестовало против такой несправедливости. Но он сдержался и не дал гневу воли.
Не услышав от него ни слова, Алессандро продолжила:
– Меня очень впечатлили ваши успехи во время моделирования боевых ситуаций в базовом лагере. Вы обладаете всеми данными оператора страйдера. Я помню, мистер Фишер говорил вам, что после прохождения начальной военной подготовки в базовом лагере вы сможете попробовать пройти повторное тестирование и обратиться с просьбой о переводе. Но прежнее препятствие сохраняется. Ваши показатели ОПС делают вас для флота непригодным.
– Мне представляется, другого и не могло быть.
Это было близко к истине. Просьбу о переводе он подал в тот же день, как только оказался в первом батальоне пятого полка. Но особой надежды получить то, чего хотелось бы, у него не было. Он обратился за помощью к банку данных персональной памяти. Перед его мысленным взором возникло миниатюрное окошко дисплея. На него смотрело усмехающееся высокомерное лицо Кастельяно. «Да за тебя здесь никто и гроша ломаного не даст. Те ублюдки, что сидят наверху, впихнут тебя на первое же освободившееся место…» Кастельяно был прав. Они – вездесущие и всесильные – они, которые представляют командование комплекса военной подготовки новобранцев Военкома Гегемонии, включая и саму Алессандро, не остановятся ни перед чем, только бы сохранить численное равновесие.