– Деньги уже посчитали? – сразу же осведомился Николай Тимофеевич.
– Нет ещё, – ответил Андрей.
– Это неважно. Давай-ка мне их сюда, я сам посчитаю, – сказал Николай Тимофеевич, подходя ближе и протягивая руки.
– Отец, это наши деньги! – неуверенным голосом попытался возразить Андрей.
– И что? Я найду, на что их потратить. Вас-то кормить надо! – спокойно ответил Николай Тимофеевич.
– Но я и так отдаю вам с матерью зарплату и все премии! – продолжал сопротивляться Андрей.
– Свою зарплату ты отдаёшь нам для того, чтобы мы тебя кормили. А затраты на свадьбу нам компенсировать кто будет?
– Но Вы же ни копейки не потратили! – вмешалась я в разговор. – Все расходы на свадьбу несли только мои родители!
– Ну и что! Мы всё равно должны получить свою долю с тех денег, которые вы собрали, потому что вы будете жить у нас, – не собирался уступать Николай Тимофеевич.
– Но ведь Андрей отдаёт Вам достаточно денег для того, чтобы покупать еду и оплачивать жильё, – не сдавала я своих позиций. – А эти деньги друзья и родственники подарили нам, чтобы поздравить нас, и для того, чтобы мы могли потратить их по своему усмотрению, начав семейную жизнь.
Я говорила таким уверенным тоном, что Николай Тимофеевич понял: я не собираюсь ему подчиняться в отличие от его сына. Тогда он сменил тактику.
– Дайте хотя бы половину!
– Нет! – не поддавалась я на уговоры. – Это наши деньги!
Николай Тимофеевич ещё немного постоял, помявшись, в нашей комнате, наверное, надеясь, что Андрей встанет на его сторону, но этого не произошло, и через некоторое время он ушёл, а мы с мужем продолжили считать наши первые доходы.
Признаюсь, собранная сумма меня разочаровала. На свадьбе присутствовало больше восьмидесяти человек, а денег было собрано приблизительно пятьсот долларов, если перевести их в валюту. А всё потому, что родители Андрея, к примеру, не только не тратились на свадьбу, но и не подарили нам ни копейки. А многочисленная родня мужа в большинстве своём тоже последовала их примеру. Видимо, они посчитали, что букета хризантем или гладиолусов вполне достаточно для подарка молодожёнам. А некоторые семьи, объединившись, дарили один конверт, в котором была сумма, не превышающая десяти долларов, если считать в валюте. Причём эти люди даже не думали о том, что в их поведении есть что-то предосудительное, потому что они подписывали подаренные конверты, не стесняясь своих подарков, а наоборот, гордясь своим поступком. Именно поэтому я и узнала о том, кто и сколько подарил.
И только мои друзья и родственники смогли немного исправить положение, установив квоту – дарить не меньше пятидесяти долларов с семьи. И из-за этого удалось собрать хоть что-то. Но даже эти деньги не смогли компенсировать ту сумму, которую потратили мои родители на свадьбу.
И я хотела потратить эти деньги на новую одежду и развлечения, но у мужа были другие планы.
А дело было в том, что на работе у Андрея появилась новая мода – проводить свой отпуск на Кипре. И, конечно же, муж не хотел отставать от своих коллег. Но если раньше он отдавал все заработанные деньги родителям, которые и слышать не хотели ни о каком Кипре, то женившись на мне, у Андрея появился шанс утереть нос своим обеспеченным коллегам. Раз я сумела отстоять наши свадебные деньги, то их можно было использовать как первоначальный капитал для заграничной поездки.
И Андрей во всех красках расписал мне отдых на Кипре, о котором знал по рассказам своих товарищей по работе. И мне, двадцатилетней девчонке, которая не ездила никуда дальше деревни в Рязанской области, бесспорно, захотелось посмотреть далёкие страны. Я полностью согласилась с мужем в том, что все свадебные деньги следует обменять на валюту и начать копить недостающую сумму, которая также равнялась пятистам долларам. Но только я не знала одного: что все тяготы этого накопления лягут исключительно на мои плечи.
Я работала в канцелярии на госпредприятии, и моя зарплата была небольшой. Мы с Андреем тратили её на покупку учебников, презенты преподавателям во время сессий и покупку проездного билета для меня, так как у мужа проезд был бесплатный. После этих трат в моём распоряжении оставались сущие копейки, да и те приходилось откладывать.
Едва я приносила домой какую-нибудь премию, муж тотчас отбирал её у меня и бежал в обменный пункт. А однажды он смог утаить от родителей одну из своих премий, которая была несравненно больше зарабатываемых мною крох, и он тоже обменял её на доллары.
В течение года я не могла позволить себе купить даже мороженое. А когда кто-нибудь из подруг приглашал меня на день рождения, мне приходилось отказываться под любыми более или менее благовидными предлогами, потом что мне было стыдно признаваться в том, что у меня нет денег на подарок.