«Открыл окно…»
Открыл окно,морозный воздухнаполнил комнату мою.И снег влетеллегко и простомежду восьмью и девятьючасами вечера,кружилсяи таял,снова залетал.А я стоял,не шевелился,не зная,что сказать – молчал.А отражение кричалои мокрый снеглетел в лицо.В гостях метельторжествоваланад замерзающимжильцом.Пустое небо потемнело.Стучали в дверь,я не открыл.Откуда столько налетелов дом снегаи небесных крыл?
«Вышел снег вновь большим тиражом…»
Вышел снег вновь большим тиражом,сочинитель его плодовит.За издательским сыпет окном,а потом многотомно лежит.
Мы читаем его между строк,ловим снежный мотив много лет,как младенческий сон глубоки рождественский льётся свет.
Как волхвы приносили дары,рядом ангелы радостно пели.И не гасла звезда до зари,освещая дитя в колыбели.
Город в праздник зажёг все огни,новогодняя ночь на пороге.Сохрани Боже нас, сохрани,в занесённой снегами дороге.
«След зимы на земле глубок…»
След зимы на земле глубок.Год две тысячи двадцать второй —заметает, сбивает с ног:снег идёт и идёт стеной.Мотыляет метель по двору,лезет в окна морозным дыханьем.И плывут на холодном ветруострова белоснежные зданий.Придорожных сугробов рядвызревает под фонарями,ледяные плоды висятоблетаемые снегирями.Словно сеятель-дворник идёт,рассыпает песок у подъезда,будто золото сыпет на лёди глядят с неба зенки созвездий.Ротозей поскользнувшись встаёт,неизвестный прохожий в тулупе.Новый год настаёт, Новый год.Новый год уже скоро наступит.
«Крещенской проруби окно…»
Крещенской проруби окно,как человеческое око.Вселенную заволоклодо неназначенного срока.В безмерном озере звезда,не безымянная – родная,и до Великого постаплывёт она превозмогая,теченье вод покрытых льдом.Береговой песок под снегом —теряет золото времён,во власти зимнего набега.В запястье жилистых ветвейпробился пульс от птицы редкойи стало в воздухе теплей,влетела жизнь в грудную клетку.Распространились голоса:слова любви звучали тихо.Смотрели люди в небесаи открывался людям выход.
«Пока любовь не охладела…»
Пока любовь не охладелаот недомолвок и обид.Январь заканчивает дело,ответ в молчании хранит.Как будто не было морозов,как будто не было зимы.Подтает множество вопросов,неразрешенных до весны.На крыльях музыка вернётся,ускорит рост цветов и трав.Идём в поход на поиск солнца,вмешаемся в его состав.И будем вспышками, лучамилететь влюблёнными к земле.Пока московскими дворами,зима уходит в феврале.Любовь не ведает отказа,бежит с течением воды.Подарит взгляд голубоглазыйлишённый всякой суеты.Встревожит сердце откровеньем,благословит любой исход.Живое ангельское пенье,ручьём невидимым течёт.
«Бесснежье кончилось. Настали дни метелей…»
Бесснежье кончилось. Настали дни метелей.В трёхмесячной упряжке мчит зима.В дремотных сумерках исчезли кроны елейи ухает от холода сова.
Слова не строятся. Не вымолвить ни слова.Белее снега ангела крыло.Собой укрывшее весь памятник Рубцовув Череповце, и площадь замело.
В морозном заклинаньи спит уставший город.Обширный край поэта и певца.А в Ферапонтов монастырь не входит холод,в нём жар идёт от фресок без конца.
Горяч нездешний свет со стен смотрящих ликов,направлен в глубь души лишь для того,чтоб не было ни жалоб, ни тоски, ни криков,а чтоб любовью мир обволокло.
«Строчки-ноченьки мои…»
Строчки-ноченьки мои,букв чернильные сорочки.Точки все стоят над ина бумажной оболочке.
Двор метелью замело,дни наполнились стихами.Стынь, январское число,под морозными снегами.
Одеялом пуховымнакрывает поле ветер.Сны за лесом вековымрастянулись на рассвете.