А метроном капели утромзвучит под окнами домов.И в грудь проник сердечным стуком,ожившим множеством цветов.
Прогулки по столице с другом,с говоруном поэтской масти.Идём Трехпрудным переулкомв одном потоке соучастий.
Разлита солнечная ванна,ныряем в предзакатный час,и как по водам океана,уносит в бесконечность нас.
«Говорливые скворечники весны…»
Говорливые скворечники весны,слышно пробуждение в природе.Наши руки переплетеныпри любой испорченной погоде.
Так, для всякого начала нужен дождь,солнце – тиражирует улыбки.Твёрдо знаю, ты меня поймёшьи удержишь, и избавишь от ошибки.
Я люблю- гудит, несётся паровоз,я люблю тебя сильнее с каждым годоми мы мчимся дальше мимо звёзд —по нехоженым, неведомым дорогам.
Пусть вагон под стук колёс трясёти луна копейкой сгинет в поле.В марте тронулся на речках первый лёд,в чистом звоне Божьих колоколен.
Первоцветы тянутся к метро,тёплый ветер налетает с юга,а зима переплавляет сереброи влюблённые слетаются друг к другу.
НИ
Я сидел за столом в чайхане,наслаждался весенней теплынью.
Хочешь буду твоим Шаганэ,настроеньем Есенинским выльюсь.
Рыба бьёт плавником по воде,ангел носит в кармане записки.
В затяжном и протяжном дожде,и в заезженном солнечном диске.
Хочешь, буду кем скажешь тебе,хоть травинкой зажатой зубами.
Птица падает камнем с небес,низко-низко кружится над нами.
А в берёзовой графике домполный детского смеха и света.
Мы с тобою поселимся в нём,в нескончаемо звонкое лето.
«Сиреневый бум и цыплячий рапс…»
Сиреневый бум и цыплячий рапс.Майский полдень в песочной жаровне.И разливается, пенится квасосвежающий, сладкий, холодный.
У любви небосвод до заката горячи томит подмосковные дачи.Из-под кисти Серова вдаль вылетел грач,колыбельное облако нянчит.
Пусть прольётся по строчкам Евангелие —в песнопеньи вернувшихся птиц.Россыпь ландышей, как слёзы ангелов,с краснокнижных упали страниц.
Пусть стихи не рождаются набело.Дует ветер из сада в окно.А в пионовом вспыхнувшем пламени,летних дней золотится зерно.
НИ
Съешь початок царицы полейщедро солью посыпанный, сладкийвкус зерна его – брызги лучейсолнца южного на брусчатке.Вдоль по набережной идём,ты моя неотложная помощь —говоришь, что всё сможем вдвоёмв жаркий полдень, в холодную полночь.В бронзе памятник встал за спинойперегрелся и тень отбросил.Хорошо, что ты рядом со мной,хоть бываю порою несносен.Мы чаёвничаем в кафе.Пахнет соснами, сладкой ватойи ползут муравьи в травеи стрекочут вокруг цикады.Жар в итоге сойдёт на нет.Наши дети сияют счастьем.А над морем взойдет рассвет,рыболовы закинут снасти.С добрым утром бежит волна,квадроциклы вдали гарцуют.Из открытого настежь окнальётся музыка – мы танцуем.
НИ
На краю меня поймала —от беды уберегла.Солнце спряталось и встало,ты со мною рядом шла.Сад вишнёвым, спелым взглядомнас бесшумно провожал.Пыльным облаком объятый,проплывал автовокзал.Спичек просят папиросы,ветром съедены слова.С пеньем птиц разноголосыхразлетается листва.В бесконечной, длинной речи,всю и не произнести,как водою быстротечнойсносит мысль на полпути.В день летают непогожийнизко ласточки к дождю.Ты мне в помощь, ангел Божий,встанешь рядом, на краю.
«Сонеты сохнут по любви…»
Сонеты сохнут по любви,манжеты рвутся на записки.Хранитель тайн фонтан Треви,легко растрачивает брызги.Оживших статуй мрамор бел.Кувшин с вином у Рафаэля,в столетиях не опустели наполнялся то и дело.Львы берегли имперский сон,горел светильник слеповатый.Поэты пели в унисонпро вечный город необъятный.Пусть, это так заведено:по туристическим маршрутампроходят люди ночью, днём,как с Гулливером лилипуты.