— Теперь ты пахнешь так, будто кто-то сумел развести огонь на гнилых дровах. Жарко и воняет.
— Сскорррее уш на гнилом мяссе, — ещё больше развеселился Владыка. Жгучее золото его глаз начало просвечивать даже через плотную ткань.
— Перестань, — попросила девочка и сделала крошечный шажок вперёд, пересиливая страх. — Тебе же плохо!
— Мне хорррошо, мне очщень хо... — он сбился и дёрнулся, точно получив пощёчину. Какое-то время они стояли молча, пока, наконец, Владыка не прекратил смотреть в одну точку и не вернул взгляд на девочку. — Как ты сказсала? Мне плохо, да. Ты права. Я болен.
— Тогда лечись, — искренне посоветовала девочка.
— У меня есть лекарство, но оно сейчас далеко. Для лекарства так безопаснее. Моя болезнь не лечится, — горько усмехнулся Владыка. — Кровь — не водица. Это не проссто жшидкоссть, это обычщаи, традиции, ссила и характер предков. От неё так проссто не изсбавиться. Впрочщем, тебе пока есщё рано рассссуждать на такие темы. Просто зссапомни.
— Хорошо, а...
— Что ты здесь делаешь, негодница?!
Король и королева спешили из тронного зала навстречу Владыке и маленькой принцессе. Лоуэр ожидала, что сейчас её будут справедливо ругать за побег и уже приготовилась к лекции на тему, какая она плохая девочка, как внезапно раздался спокойный звучный голос Владыки.
— Девочщка сспассла меня от очщередного припадка безсумия, а ты назсываешь её негодницей? — Владыка посмотрел на испуганно замершего короля сверху вниз, выдержал паузу и, подпустив в голос призрения, продолжил куда более высокопарно, — К тому жше, почщему я вссё ещё лишён ссчасстья быть предсставленным этой иссключщительно одарённой юной леди?
— Моя дочь, принцесса Лоуэр Лалавэй, — промямлил побелевшмй как плотно король, ответивший скорее неосознанно, чем сознательно.
Маленькая Лоуэр крутил головой, переводя взгляд с папы на странного дядю и обратно на папу. Она догадалась, что странный дядя решил занять её сторону, и теперь надеялась избежать выговора. Было бы совсем хорошо, если бы дядя ещё и говорил яснее, но его странные речи можно и потерпеть.
— Ваше Высочество, — король взял себя в руки. — Согласно этикету, моя дочь ещё слишком мала для приёмов, поэтому, надеюсь вы извините её отсутствие...
— Ссоглассно этикету, меня должшен был ожшидать торжшественный приём ссс не менее торжшественной всстречщей, но — он не позволил открывшему было рот королю возразить, — Разс уш мы уше однашты отсступили от этикета по причщине моей нелюбви к вссякого рода ссборищам, то, ссмею надеяться, ссможшем отсступить от него ещё раз?
— Что вы имеете ввиду, Ваше Высочество? — спросил король с хорошо натянутой улыбкой. Он был достаточно умён, чтобы понять, что спор с древним монстром — дело гиблое и заведомо провальное.
— Я жшелаю, — Владыка особенно выделил эти слова, подчёркивая свою власть. — Чтобы эта юная леди принимала учщасстие в приёме. Её общесство сскрасит моё пребывание зсдессь.
Король поджимал губы и молчал. Отказать Владыке не мог никто, это знали все.
— Боюсь, моя дочь покажется вам странной, Владыка, — предпринял он последнюю попытку.
Владыка улыбнулся, влажно чавкнув клыками.
— Вряд ли она будет страннее меня.
Король нервно сглотнул и указал рукой на тронный зал:
— В таком случае идёмте, милорд.
Владыка фыркнул и поправил:
— Шахджахан. Ессли тебе не нравится зсвать меня Владыкой, эльф, зсови Шахджаханом. Этот титул мне дали сстепняки.
— И что же он означает? — из вежливости спросил король.
— «Чщёрный хозсяин», — оскалившись, ответил Зверь.
***
Вечером король расчёсывал свои длинные волосы перед изящным резным зеркалом и жаловался стоявшей на балконе королеве: