Альбус подумал, что «барсучки», возможно, несли носилки для Хелены.
Становилось темнее. К удивлению Альбуса здесь в лабиринте все напоминало осень. Под ногами валялись прелые сосновые ветки и какие-то старые листья. «Должно быть, намеренно осень создавали», — поморщился он. Люди шли с фонарями, хотя солнце пробивалось сквозь искусственные заслоны. Наконец, они вышли к небольшой поляне, окруженной людьми. Ал на всякий случай решил затеряться в группе.
Альбус оглянулся. На освещённой поляне полукругом стояли учителя и несколько старших учеников. Правда, кипим все время прибывала толпа зевак, на которых уже никто не обращал внимание. В центре, держа палочку на готова стрел профессор Мангейм. Рядом у дерева сидела девушка со связанными руками и ногами. Альбус посмотрел на на неё. Это была не Рене.
Это была…. Альбуса показалось, что он уже где-то видел это лицо. Это была…. Да, это была девушка с колдографии, которую им когда-то показала Хелена.
— Я начал подозревать что-то неладное с фройлян Ранье в тот день, когда мистер Олливандер проверил их палочки, — спокойно пояснил профессор Мангейм. — Помните, он удивился, что у неё можжевеловая палочка? Их не делают в ни в Англии, ни во Франции. Зато их делали в Австрии и Германии. Фройляйн Вольф ответила, что купила ее в Бельгии, и это был приемлемый ответ.
— Что же вы молчали, Людвиг? — возмутилась мадам Аверина.
— Да как-то это не тянули на опасность, — пожал плечами Мангейм. — Мои подозрения окрепли на Святочном балу. Они танцевали вальс одинаково с фройлян Ляйпенгоф. У обеих была австрийская школа, — вздохнул немец. — Помните, я спросил вас, сотрудничаете ли вы в танцах с Австрией? — обернулся он к мадам Максим.
— Бог мой! Я приняла это за немецкий снобизм и ответила глупо, — покачала головой великанша.
— И вы опять нам ничего не сказали, — вздохнула Аверина.
— Говорить пока еще было не о чем. Два мелких эпизода: этого недостаточно, для выдвижения каких-либо обвинений, — вздохнул он. — Ну а после нападения на фройлян Лонгботтом, я понял, что это кто-то из чемпионов. Очевидно, она увидела в лесу нечто, что ее смутило. — Фройлян Вольф? — Сухо спросил немец.
Девушка приподнялась и опёрлась связанными руками о землю. Ее лицо, к удивлению ребят, казалось абсолютно спокойным. Немка словно не сомневалась, что ее освободят с минуты на минуту.
— Мне нечего скрывать, — спокойно сказала немка. — Я сделала все, и у меня все получилось.
Мадам Максим вдохнула. Аверина и Мангейм переглянулись. Подбежавшая Элиза Элтон вскрикнула.
— Как вы решились поехать? — спросил Мангейм. — А, впрочем, я догадываюсь… — прищурился он. — Это было решение вашей матери?
Немка кивнула.
— Оборотное зелье вы готовили в Хогвартсе?
— Мне не было нужно много оборотки, — сказала девушка. — Мы похожи с француженкой. Я подстриглась, покрасила волосы в рыжий цвет и взяла лорнет. Оборотка мне была нужна только в крайних случаях.
«Интересно, зачем она это говорит? — подумал Альбус. — Она словно старается все рассказать. Или…. — он прищурился на уже клонящееся к вечеру солнце. — Тянет время?»
— Кто готовил оборотку? — Гарри сделал шаг к девушке.
— Мой друг, — без тени страха ответила девушка. — О нем я расскажу позже, если позволите.
— Хорошо… — ответил Мангейм. — Как вам будет удобнее. Вы искали Старшую Палочку и Воскрешающий камень?
— И да, и нет. Моей целью был Филиус Флитвик.
Изумлённые учителя смотрели друг на друга, не зная, что ответить. Альбусу показалось, что его отец тоже оказался в замешательстве. Лили и вовсе смотрела во все глаза.
— Но… Зачем вам убивать Флитвика? — изумилась Макгонагалл.
— А…. Я расскажу… — охотно поясняла немка. — Смотрите… мистер Поттер стал Мастером Смерти в девяносто восьмом году. Старшая Палочка его признала хозяином… — Альбус понимал, что она говорит по-английски с намного худшим акцентом, чем Хелена. — Однако в июле две тысячи второго года у мистера Поттера была битва с каким-то отрядом темных магов в Ирландии. С ним был мистер Флитвик…. Он случайно разоружил мистера Поттера….
— Мерлин…. — пробормотал Гарри. — Мерлин… Припоминаю…. — Альбус заметил, как его отец расхаживает туда-обратно, о чем-то размышляя на ходу.
— Палочка признала Фоитвмка хозяином. Я должна была его разоружить, и передать Мастеру силу и палочку.
— Вы это сделали? — пробормотал Мангейм.
— Не совсем… — Немеа спокойно смотрела на него. — Меня опередила Хелена.
Потрясенные учителя молчали, не зная, что и сказать.
.
— Предки Флитвика были рабами рода Эстерхази. И он признал в Хел свою хозяйку. А она в назидание разоружила его…
— Хелена — Мастер Смерии? — вырвалось у Элизы.
— Какое-то время была, — улыбнулась немка. — Но она стала спать с этим грифмндорским жеребцом. Они шалили и устроили шуточную дуэль. И он разоружил свою подружку, — засмеялась та, которую звали Эммой.
— Поэтому вы напала на него? — покачал головой Мангейм.
— Да…. Я оглашала его… — ответила девушка.
— Пожар тоже ваших рук дело? — неприязненно спросила мадам Максим.
— Конечно. Я подожгла паб Розмарины… или как ее правильно….
— Розметты, — вздохнула Макгонагалл. — Невероятная жестокость,,, — пробормотала она,
— Но… зачем….? — спросил Мангейм.
— Эти гнусные существа, которые зовут кочерыжками, видели то, что не надо видеть. Я не хотела, но оставлять их в живых было нельзя.
Ветер усиливался, качая сильнее верхушки сосен. Облака на небе сбивались в кучу. Погода явно портилась, и Альбус подумал, что может пойти дождь.
— А палочка? — наконец спросила Макгонагалл.
— Ах, палочка. Я достала ее из могилы Дамблдора в Вальпургиеву ночь. В суматохе после матча я срезала волосы эксцентричной Грейвз, вышла из школы и достала ее из могилы. Прикрылась туманом….
— Как быстро? — профессор Лэрд шагнул к немке.
— Не более минуты. Это было достаточно, чтобы выпустить облако и аппармровать, — ответила немка.
Тучи быстро темнело, и уже холодный ветер начал слегка обжигать лицо.
— А потом? — Лэрд смотрел внимательно на немку.
— Я аппармровала на поляну у двух Утёсов. Это в Запретном лесу.
— Так так… Но в Хогвартсе нельзя аппармровать…. — покачал головой Лэрд. — Как?
— Просто…. Я взяла и аппарировалпа… — спокойно ответила немка.
— Но как? Отвечаете, а то скоро дождь… — американец присел на одно колено и схватил ее за плечо. — Как вы попали к ДВУМ УТЕСАМ!
В тот же миг оба исчезли в чёрном водовороте.
Глава 36
Что-то темное мелькнуло в глазах Альбуса. Чёрная вспышка. Она была похожа на картину чёрной шаровой молнии, которую он видео в книге. Шар словно прекратился в чёрный коридор, зовущий куда-то в бездну. Затем воцарилась тишина.
— Надо спешить! — звонко сказал профессор Мангейм. — Мы следом.
— Да, да…. Сейчас…. — ответил его отец.
Он был настороже, словно ожидая чего-то. Альбус, кажется, и сам пончо чего он ждёт. В воздухе повисла странная тишина, а люди вокруг двигались удивительно медленно, словно в замедленном фильме. На всякий случай он быстрее достал палочку. Послышалось странное назойливо жужжание, и Ал почувствовал тоску.
— Мы должны спешить… — сказал Маннгейм. — Еще немного, и они скроются очень далеко.
— Разве в Хогвартсе нет защиты? — мадам Аверина говорила твердо, но Альбусу казалось, что ее слова плывут словно в замедленном кадре.
Становилось тоскливо. Альбусу вдруг показалось, что его ругает мать за то, что он подслушивает взрослых, хитрит и просто растет подлецом. «Я знаю, это ты приносишь в нашу семью интриги!» — кричала она. Кто-то вокруг словно высосал всю радость.
Тотчас в воздухе послышался противный гудящий шум.
— Expeto Patronum! — Призрачная змея, выплыв из палочки Альбуса, ударила по летящей группе дементоров.
Отец отреагировал также быстро и выпустил призрачного оленя. Следом на дементоров помчалась призрачная мышь. Альбус посмотрел на Аверину, но, как оказалась, она с не меньшим интересом рассматривала его патронус.