— Штирнер? — догадался Ал. — Меня, кстати, зовут Альбус Северус Поттер, — добавил он.
— Ты мог и не представляться, — ответил кентавр. — Ты похож на своего отца. А он сейчас у школы. Они ищут раненых.
— В лесу бродят люди Штирнера, — ответил кентавр. — К тому же сегодня особая ночь. День начал убывать, а значит, силы Тьмы начинают расти.
— А не слышали ли кентавры имя Лорда Эйспер? — спросил Ал, осторожно следуя за кентавром.
— Эйспер…. — вздохнул кентавр. — Об этом имени говорят звёзды.
— А что именно говорят о нем звёзды? — поинтересовался Ал.
Кентавр сначала ничего не ответил, а затем задумчиво посмотрел вокруг.
— Эйспер…. Слишком ярко сияет Уран. И Плутон проходит по близкой орбите… Определенно он член Круга…. — размышлял кентавр. — Да… Со стороны Тьмы самопровозглашения. Со стороны Света ожидание признания заслуг….
Ожидание признания заслуг со стороны света… У Альбуса вызывало лёгкую улыбку. За все четыре года «светлая» команда необходимости в его мнении явно не испытывала. Или, во всяком случае, очень хорошо это скрывала. Тьма небесной синевы продолжали сгущаться. Да и есть ли они, те заслуги, которые надо или не надо признавать?
Деревья становились все реже: Альбус понимал, что выход из Запретного леса уже недалеко. Где-то невдалеке слышались голоса и мелькали огни. Альбус понимал, что приближается к опушке леса.
— Ну вот, мы, кажется, подходим к месту… — спокойно сказал кентавр. — Удачи тебе, молодой Лорд Эйспер, — пристально посмотрел он на Ала.
— Спасибо…. — пробормотал Альбус и тотчас вздрогнул. Кентавр как-то догадался, что Эйспер — его второе имя, а не просто взятое из книг.
Трава казалась высокой, но Альбус осторожно стал пробираться сквозь заросли. Где-то перед ним все ближе мерцал огонёк. Все ещё опасаясь чего-то, Ал размышлял над тем, зажечь ли свет на конце своей палочки, но затем решился. «Lumos», — прошептал он, озаряя красным огоньком пространство вокруг себя.
Огонёк замерцал в ответ. Ал тоже послал мерцающий сигнал. И тотчас вздрогнул. Его плечо сжала холодная когтистая рука. Без сомнения это был дементор.
— Expecto Patronum! — мгновенно сориентировался Альбус, вспомнив девушку на картине в особняке Блэков. Это было первое, что пришло ему в голову, но оказалось действенным: призрачная змея буквально отбросила чудовище от куста.
В этот же момент на дементора помчался призрачный леопард. Что же, хороший знак, выход был уже близко. Только у кого он видел этого леопарда? Ответ представился всего лишь спустя несколько метров вперёд.
У входа в лес стояла Айрис с фонарем в руке. Лицо, казалось, ничего не выражало, но жёсткая поза и взволнованные голубые глаза быстро дали понять, что она потрясена.
— Хорошо, Поттер, что вы самостоятельно нашли дорогу. Я в вас не сомневалась.
Альбус поднял глаза. Кажется, Айрис утратила обычную словоохотливость.
— Не удивляйтесь, Поттер, — кивнула Вэнс. — Сегодня не до запретов.
— Не совсем сам, мэм, — Альбус решил сыграть на опережение, догадываясь, что преподаватели все равно рано или поздно узнают об этом. — Мне помог найти дорогу кентавр.
— Хорошо, — спокойно ответила декан Гриффиндора. — Они не приносят вреда человеку, если их не раздражать. И достаточно мудрые.
— А куда мы идём? — спросил с интересом Ал, глядя, что профессор Вэнс ведёт его между деревьев.
— Пока на поляну, Поттер. Там собирают потерявшихся учеников, — ответила декан Гриффиндора.
— И много их?
— Вас, — ответила с неудовольствием Вэнс. — Не их, а вас. Мне трудно понять, как вы, Поттер, попали в этот переплёт.
Конечно, проще говоря, профессор хотела знать детали. Хорошо бы сказать правду, но так, чтобы это не выглядело как оправдание.
— Я был с отцом, — спокойно ответил Ал. — Он велел мне быть рядом с ним. Потом мы разминулись, — в ночном Свете заросли осоки казалась сказочным болотом.
Альбус задумался. Сказать ли, что он видел в лабиринте обездвиженного Джеймса или лучше не стоит это делать? Конечно, лучше было сразу лишить Вэнс важного козыря, но с другой стороны она могла и прицепиться, что он там делал. Лучше было приберечь этот козырь на потом, а пока осторожно прощупать ее.
— Мы пошли за отцом, но разделились в лабиринте, — пожал плечами Ал.
— Пожалуй, надо было быть осторожнее. Но в случае общей паники это неудивительно, — неожиданно спокойно сказала Вэнс. — А вы были в лабиринте? — прищурилась он.
«Хочет прочитать мои мысли?» — ехидно подумал Ал, ставя ментальный барьер.
— Мы зашли туда все вместе, — спокойно ответил Альбус. Сейчас он намерено вспомнил некоторые картины.
Альбус едва не скрыл улыбки. Около опушки леса виднелся жалкий остов обгоревший хижины Хагрида. То ли в неё попало один из шаров Штирнера, то ли просто она вспыхнула в общей суматохе.
— Вам не стоило сюда лезть, Поттер, — спокойно сказала Вэнс. — Это….
Она не договорила. Со стороны леса надвигалось синее светящееся облако. Оно напоминало тучи, но на самом деле было просто каким-то очень мощным заклинанием. Мгновение спустя, облако достигло и их самих.
Вэнс достала палочку и выкрикнула контрпроклятие, но оно только удвоилось о волну и тотчас растворилось в ней. Ал последовал ее примеру, но волна преодолела и его заклинание. Их словно поглодал синий туман. Ал почувствовал, что больше всего на свете сейчас хочет спать. Он устал, в самом деле устал, да и туман оказался не такой уж страшный. Быстро наколдовав подушку, он упал на нее, думая о Том, что облако лучше переждать лёжа…. Да, без сомнения лёжа…
* * *
Альбус открыл глаза и тотчас зажмурился. Снег. Мокрый снег. Беспорядочное кружение снежных хлопьев, словно пелена, мешало ему рассмотреть место, где он оказался. Ал вытянул руку и надел очки. Хвала Мерлину, они на месте. Осмотревшись, Альбус понял, что это парк, переходящий в старое заброшенное кладбище. Да… без сомнения…. Они гуляли здесь с отцом, когда во сне или наяву. Альбус и сам не помнил, было ли это в его жизни или только приснилось. Однажды они шли в мокрую метель. И зачем-то, пройдя мимо деревьев, зашли на кладбище.
Так и есть. Альбус увидел две фигуры в плащах. Высокая фигура шла в фиолетовом плаще, маленькая в чёрном.: Без сомнения, это были…. Ребёнок оглянулся. Да, это был он сам только пяти или шести лет. Ал изумился. Если это он, то тогда…. «Если человек встретит своего двойника, в мире случится катаклизм», — вспомнил он какую-то заповедь. Но катаклизма не начиналось. Он смотрел на себя с отцом, словно со стороны. Удивительно, но они его не видели.
Осторожно Ал пошёл за ними. Снег ложился на хвою тяжёлым пледом, хотя вода капала с веток. Ал шел ха отцом, понимая, что они почему-то его не видят. Наверное, он по какой-то причине был для них фантомом. Отец что-то говорил его маленькой копии, но Ал не понимал его слов.
Наконец, Ал заметил, как его маленькая копия отошла к небольшой заметённой могиле. Ребёнок стоял и с испугом смотрел на неё. Ал совсем забыл, о чем он думал в тот момент, но сейчас вспомнил. Да, он подумал о том, как ужасна смерть. Он подумал о том, как это так — лежать целую вечность в яме, не шелохнувшись, не думая ни о чем и даже не засыпая и не видя сны. От этого всего он сам ощутил озноб и холод.
Только сейчас Ал увидел, что над ребенком нависла какая-то тень. Отец не видел ее — он курил в отдалении. Его маленькая копия тоже не видела ее, но чувствовала озноб все сильнее. В призрачном очертании тени Ал вдруг уловил нечто очень знакомое ему с детства. Это был дух. Его Дух.
Мальчик не кричал от страха: он просто чувствовал все более сильный озноб и страх. Тень постепенно обволакивала его, закрытая от ничего не подозревавшего отца. Альбусу показалось, будто Дух хочет целиком закрыть собой ребёнка. И тотчас ощутил сильную головную боль. Ему показалось, будто всего голове поселился кто-то новый, иной, и этот иной хочет целиком завладеть им.
Озноб усиливался. Тень обволакивала ребёнка все сильнее. Альбус с силой массировал лоб, пытаясь хоть как-то вырваться из этой ловушки боли и озноба. Возможно, он оправится. Сумеет побороть холод. Но тогда он станет каким-то другим Альбусом. Метель усиливалась, превращаясь в ледяной дождь. Только сейчас Ал почувствовал ужас от того, что он был одет по-летнему. Он непременно заболеет. Он обречён заболеть.