— Вообще-то на обложке было написано «Пособие для начинающих изучать темную магию», — с усмешкой заметил Альбус, хотя в его глазах затаилась тревога.
Друзья сидели после уроков в общей гостиной. Альбус с интересом осматривал это длинное низкое подземелье со стенами из дикого камня. С потолка на цепях свисали зеленоватые лампы, изучая тусклое свечение. В камине, украшенном искусной резьбой, потрескивал огонь, и вокруг, в резных креслах, виднелись темные силуэты слизеринцев.
— Интере-е-есно. И откуда же она взялась? — мальчики вздрогнули от неожиданности, услышав мелодичный баритон Яксли. — Судя по вопросу твоего друга, ты сдал ее учителям, так ведь? Что ж, правильно, хотя мне было бы интересно узнать о тайнах Тьмы.
— Ты же староста! — изумленно заметил Эрик.
— И что дальше? Я ведь не делаю ничего запрещенного, — развел руками шестикурсник. — Кстати, для вашего сведения, малыши, — понизил голос Яксли, — На старших курсах вполне можно читать книги по темному волшебству в Запретной секции.
— По тем… — удивился Альбус, но староста только подтвердил ехидным кивком. Угли в камине вспыхнули, и блики пламени осветили группу стоявших напротив темно-зеленых кресел.
— Только надо взять специальное разрешение, что изучаешь расширенный курс по защите от темных искусств.
— Что вы здесь обсуждаете? Поздравляю с Хэллоуином, — появилась в гостиной и Адель с приветливой улыбкой. На ее плечи была наброшена легкая коричневая шаль с черными прожилками, девушка явно выбрала ее, чтобы не носить карнавальные маски.
— Тебе того же, — одновременно поздравили ее мальчики. И Нотт, и Поттер симпатизировали старосте Слизерина, которая никогда не отказывала в помощи малышам.
— Вот Адель подтвердит, — загадочно подмигнул Дерек Яксли. — Читать книги по темному волшебству старшекурсникам вполне можно под специальное разрешение.
— Можно, — неожиданно спокойно ответила Эйвери. — Только… — замялась она, — самое интересное прочитать все равно не позволят. — Альбус и Эрик переглянулись. — Наиболее темные книги написаны на египетском языке, а кто его из нас знает? Никто.
— А… его не учат? — спросил осторожно Альбус. — Египетский?
— В старые времена при директоре Диппете вроде был такой факультатив, — понизила голос староста. — Но с тех пор, как Дамблдор стал директором, его отменили. Говорят, вредно…
Альбусу показалось, будто при слове «Дамблдор» губы Адель скривила легкая гримаса. В отдалении за маленьким темно-зеленым столиком сидели Моника и Вики, тренировавшие изо всех сил заклинание левитации.
— Чему ты только детей учишь, Адель? — шутливо погрозил ей пальцем Дерек.
— А думаешь, лучше, что им ничего не рассказывают? — Эйвери задумчиво посмотрела на окно, за которым плескалась озерная вода. — Кстати, книг на египетском там тоже мало. В старые времена, говорят, был жуткий пожар, уничтоживший почти всю Запретную секцию.
— Идем? — Яксли нежно взглянул на девушку, а затем обвил ее тонкую талию уверенной рукой.
— Я же тебя просила, не надо на людях, — со смехом напомнила блондинка, шутливо щелкнув собеседника по носу. Переглянувшись, старосты двинулись к выходу из гостиной.
— Романтика… — мечтательно протянула Кэтрин, расслабленно растянувшись на малахитовом диване.
— А не рановато ли ты о любви задумалась? — язвительно уточнил Альбус.
— Вас обоих это не касается, — весело усмехнулась Забини. Ее хорошенькое личико забавно украшала черная полумаска. — Кошмарного вам дня!
— И тебе того же, — одновременно пожелали мальчишки.
Что поделать, Хэллоуин! Ужастики обязательно присутствуют в этот день.
* * *
Дерек Яксли и Адель Эйвери шли по осеннему дворику. Трава все еще была немного мокрой из-за недавнего дождя, дул легкий ветерок. Сегодня было вполне тепло, что позволяло им прогуляться. К тому же, у них была проблема, обсудить которую следовало без промедления.
— Думаешь, он действительно сдал ее учителям? — уточнила девушка, немного нахмурившись. Во дворе лежал ковер разноцветных листьев, и ее маленькие черные ботинки тонули в ним.
— Уверен. Они уже достаточно подружились с Ноттом, который вполне мог заинтересоваться этой книгой. Отец предполагал, что сын Поттера придет в шок от рукописи такого типа, но мне казалось, что любопытство возьмет верх.
— Как видишь, не взяло, — сказала задумчиво Эйвери. В окнах замка зажглись огни, сияя в темноте, как очаги тепла в холодном осеннем воздухе.
— Пока нет. Но Альбус не слишком похож на своих родственников. Этим можно и воспользоваться, — прошептал Яксли. — Одна попытка — еще не конец.
— Дерек, не ввязывайся в это, — Адель резко повернулась к брюнету, встав перед ним. В ее зеленых глазах читались забота и серьезность. — Из-за Поттера и авроров многие из нас потеряли практически всё и всех. Если узнают о вашей задумке, то вас обоих отправят к дементорам. И ты можешь быть первым, Дерек. Ведь ты здесь, а не в Австрии! Я волнуюсь за тебя, а также за Альбуса.
— Милая моя, хорошая, не переживай, всё будет хорошо. Разве ты не хочешь, чтобы справедливость восстановилась? Скорее всего, пройдет долгое время прежде чем это случится, но всё-таки нужно начинать готовиться уже сейчас. За Поттера-младшего можешь не беспокоиться. Ему ничего особенного не сделают, так как помнят о подвигах его отца, — Дерек скривил губы при упоминании Гарри Поттера.
— Писатель ты наш, я тебя понимаю, — вкрадчиво проговорила Эйвери. — Но я волнуюсь, что всё может пойти не так. Если этот самый Поттер-младший узнает о том, что его всего лишь используют, чтобы узнать об отце, ему… ему будет очень больно и это отразится не только на нас, но и на нем самом.
Яксли развернулся и, взяв желтый кленовый лист, начал нетерпеливо теребить его пальцами.
— Ты отказываешься от борьбы? Не ожидал от тебя, Ада…
— Можно просто жить и наслаждаться тем, что мы имеем, — пожала плечами девушка.
В темноте сгустилась осенняя дымка, плавно переходящая в туман. Сейчас он скрыл вершины хогвартских башен, оставляя только свет оконных огней на самых вершинах.
— Но в том-то и дело, что мы ничего не имеем! Никто из нас. Ада, пойми, еще не все потеряно! Ал довольно умен для своих лет и прекрасно видит эту несправедливость, однако недостаточно для того, чтобы что-то предпринять. Нужно просто добавить ему информации, заинтересовать.
— Зря ты в это вникаешь, — покачала головой Эйвери. — Я не вижу в этом ничего хорошего. Просто… По-человечески не вижу. Но для мистера Яксли, приславшего эту жуткую книжонку, всё может обернуться меньшим, чем для тебя, в случае чего.
— Пока, как видишь, все обошлось, — спокойно возразил Дерек.
— Я не за себя волнуюсь, пойми ты наконец. Не надо ввязываться в подобное. К тому же, вы ничего не добились: Поттер сдал книгу, — махнула рукой Адель.
— Ну, как сказать, как сказать… — Дерек посмотрел в сторону Запретного леса, скрытого осенними сумерками. — Капля камень точит, не забывай… Сегодня отдал, но что-то закралось в душу. Завтра отдал, но заглянул из любопытства… А послезавтра…
— То есть, будут еще попытки? — изумилась Эйвери.
— Милая, все только начинается. Мы ждали девятнадцать лет! Ночь кончается. Приходит рассвет! Как пишет она, — в глазах Дерека появилось почтительное выражение, — «Свеча гаснет в лучах наступающего утра!»
— Но если всё-таки удастся, как говоришь, заинтересовать Альбуса, никто не знает, что из этого получится дальше, — на последних словах Адель лукаво улыбнулась. — Хотя… Может, и я попробую кое-что… — в изумрудных глазах слизеринки мелькнул огонек.
Многим нравилась ее улыбка. Искренняя и открытая всему миру, хотя он далеко не безоблачен и светел.
— Афродита, — нежно улыбнулся парень, после чего неожиданно подхватил девушку на руки и закружил, чем вызвал счастливый звонкий смех.
Глава 8
На следующий день после Хэллоуина должен был состояться первый матч по квиддичу. Альбус не особо волновался по этому поводу, но и не особенно радовался. Просто было интересно посмотреть, как пройдет игра, хотя он относился к ней без фанатизма, в отличии от своих многочисленных родственников. Зато многие его однокурсники уже с вечера удовольствием обсуждали предстоящий матч. Альбус слышал, как «гриффиндорское трио» в составе Эльзы Лонгботтом, Молли Роббинс и Марины Эйкин вовсю обсуждало игру Джеймса Поттера. Альбус скривился: похоже, его беспутный брат уже стал настоящей знаменитостью Гриффиндора, как лучший игрок в квиддич.