— Интересно, почему змеи чуть что говорят «все претензии к Шляпе?» Чтобы свои амбиции и подлость скрыть? — протянула важно Роза.
— А почему гриффиндорцы забывают, что на факультеты отправляет Шляпа? — ответил ехидно Альбус.
— Ребята, хватит, — одернул детей Перси.
— А Штирнер? — вдруг влезла в разговор Лили.
— Школу Туле давно закрыли, но Штирнер, к сожалению, ее возродил, — вздохнул Гарри.
Альбус посмотрел на противоположную стенку от окна. Было бы интересно узнать побольше об этом Штирнере: странная ситуация, что все министерство, весь аврорат ищет какого-то сумасшедшего преступника и никак не поймает! Видимо, есть и ещё что?
— Но… есть успехи? — спросила Джинни. — Ох, Альбус, — проворчала она, поправив сыну воротник. Мальчик глубоко вздохнул: как с ребенком маленьким, при всех…
— Есть, но рассуждать одно, а реального результата добиться — другое, — горько усмехнулся Гарри.
— Тетя Гермиона, не могли бы вы рассказать о Штирнере? — попросил Альбус.
— Хорошо, — уверенно кивнула Гермиона. — Думаю, несмотря на юный возраст, вам нужно это знать. В конце прошлого двадцатого века у магглов шел бурный прогресс либеральных свобод. Все развитые страны двинулись по пути демократии, уважения прав всевозможных меньшинств, отказа от расизма и полового неравенства. Границы между государствами стирались, и люди получили право свободно передвигаться по миру. Международные организации стали контролировать действия государств, и они в условиях открытых границ становились фикцией.
Дети, как завороженные, смотрели на нее.
— Все изменилось зимой две тысячи третьего года, когда у магов произошел раскол, как относиться к магловским преобразованиям. Большинство британских магов их поддержали, в то время как немецкие встретили их с неприязнью. Противников преобразований возглавил один из самых могущественных в мире темных магов — австриец Освальд Штирнер. Что бы вы не строили иллюзий — это великий ученый и невероятно могущественный волшебник, победить которого будет непросто.
— И он возглавил бежавших Пожирателей Смерти, профессор? — спросила Лили.
— На самом деле, Пожиратели как таковые ему мало интересны, — сказала Гермиона. — Скорее это по части Александрины Бэрк. Штирнер хочет повернуть вспять ход истории. Мечта Штирнера — вернуть человечество в мир ненавидящих друг друга национальных государств, мир, где война будет нормой, где люди будут жить в закрытых странах, ненавидя других, не путешествуя друг к другу и готовясь к войне.
Альбус близоруко щурился. Теперь уже не только дети, но и взрослые смотрели с интересом на Гермиону.
— Неужели Штирнер верит, что можно все вернуть назад? — сейчас Альбус показался себе ужасно глупым.
— Почему бы и нет? — спросила Гермиона, пристально глядя на племянника. — В прошлом веке две мировые войны заморозили прогресс на полвека. Штирнер хочет подобного и в новом веке. Ему кое-что удалось, — вздохнула она. — В двадцать первом веке еще не было года, чтобы в мире не шла где-то большая война. Штирнер поддерживает террористов — ведь они заставляют государства заковать границы и сеют ненависть к другим расам. Наш мир слишком хрупок, чтобы мы его не защищали.
— Хватит политики, может? — сказала бабушка Молли. — Все же мы, правда, собрались из-за праздника.
— Отличная идея! — подхватила Рокси. — Давайте веселиться!
— Так, — задумчиво протянула Джинни. — Застолье кончилось, но, думаю, можно ещё поразвлекаться. Есть варианты?
— Может, вальс? — предложила Гермиона. — И приятное развлечение, и культурное.
— Вполне! — бодро подхватила именинница.
Альбус подавил вздох: он хоть и умел танцевать, но не особо любил. Большинство, однако, восприняло идею весьма радостно: и ребята, и взрослые, готовые вспомнить былые годы. Файла, однако, тоже казалась не слишком уверенной в себе.
Бабушка Молли быстро включила музыку и подошла к дедушке Артуру. Гарри и Джинни смерили друг друга пристальными взглядами, но все же сделали шаг. Альбус понимал, что родители, видимо, смирились со сложившейся ситуацией и решили при всех не выяснять отношения. Перси подошёл к жене, Лили — к Джеймсу.
Постепенно дамы положили руку кавалерам на плечо и погрузились в плавную мелодию. Альбусу пришлось танцевать с Файлой: в конце концов почему бы и нет, она вполне хорошо относилась к нему, да и человеком, кажется, была неплохим. Сначала он взглянул на Розу, но кузина скорчила гримасу отвращения. Видимо все ещё не простила ему поступления на Слизерин: глупо, но что ж, ее выбор.
Тонкая Файла плавно кружилась в танце. Она не слишком хорошо танцевала, но рядом с Альбусом чувствовала себя увереннее и начинала двигаться все ровнее и ровнее. Поттер быстро поспевал за партнершей, глядя в её сияющие глаза.Бабушка Молли доверчиво прижалась к дедушке, с удовольствием, казалось бы, вспоминая молодость — наверняка у них было немало танцев за столько лет.
Мама и отец уверенно кружились, смотря друг другу в глаза. Альбус глубоко вздохнул. Вроде как хорошая, гармоничная пара внешне, но на деле между ними было множество проблем — видимо или окончательно смирились или решили сегодня расслабиться, по крайней мере при других.
Никто и не заметил, как открылась дверь, и в комнату вошел новый гость, точнее гостья. Альбус сразу узнал в ней Флер Уизли, мать покойной Мари-Виктуар и Доминик. Альбусу всегда была интересна эта хрупкая белокурая женщина, неизменно сохраняющая выдержку. Она никогда не шумела, в отличие от бабушки Молли, а высказывала свое мнение четко и спокойно. Альбус понимал, что не так уж давно Флер потеряла дочь и ей сейчас, вероятно, нелегко, но она нашла в себе силы и желание прийти на праздник. Француженка левитировала белое пальто, под которым скрывалась белая блузка с кружевными рукавами, и длинная светло-серая юбка практически под цвет ее глаз, что придавало изящества.
— Здравствуйте, тетя Флер! — радостно улыбнулась подбежавшая Лили. — Очень рада вас видеть, как доехали?
— П’гивет, — собеседница нежно обняла девочку. — Все п’гошло хо’гошо. Я тоже счастлива вас всех вст’гетить. Лили, ты совсем вы’госла, на следующий год уже и в школу пойдешь!
— Здравствуйте, — кивнул Альбус вежливо, когда сестра с тетей подошли ближе.
— П’гивет, — ласково улыбнулась Флер, приобняв племянника. — Как учеба? Надеюсь, ты нашел в школе хо’гоших д’гузей и отлично учишься.
— Стараюсь, — с улыбкой отозвался Альбус.
Он заметил, что при добрых словах глаза тети Флер, однако, практически не улыбались. Казалось она грустила и старалась это скрыть, что было неудивительно: родная мать Виктуар, ей приходилось тяжелее их всех вместе взятых.
— Тетя Флер! — воскликнула Роксана.
— Пр’ивет, мои до’гогие, — прощебетала женщина. — Я г’ада вас видеть.
Альбус натужно улыбнулся и попытался срочно найти неотложное дело. Хотя тетя Флер говорила мягко, Алу показалось, что она скрывает внезапно подступившие к горлу слезы. К счастью, оглядевшись кругом, он заметил одиноко сидящего дядю Джорджа. Мальчик тут же поспешил к нему, оставив кузину в компании французской тети.
— А ты небось такой же весёлый шалунишка, — потрепала Флер Джеймса по плечу, отчего тот не удержался от гордой улыбки.
—Позд’гавляю тебя, Джинни, — с лёгкой улыбкой проговорила гостья, подойдя к имениннице. — Желаю п’ек’гасной жизни, и пусть на каждом ее пово’готе случаются светлые моменты. Желаю массу поводов для г’адости и к’гепкого здо’говья! Пусть каждое ут’го будет счастливым и солнечным, никогда не сдавайся и цени близких.
— Тедди решил стать аврором, — протянул дядя Джордж, глубоко вздохнув. — Его потрясла гибель Мари от дементоров, которые обычно тянутся к темным магам. Жаль ее, жестокая и внезапная гибель, ей всего только шестнадцать лет было… Тедди решил что принесет обществу как можно больше пользы в борьбе с врагами, кроме того это месть за Мари с которой из много что связывало.
— Не думаю, чтобы теперь это была очень опасная профессия, — повернулся мистер Идс.
— Я и не говорил, что это великая опасность, но тем лучше для Тедди.