- Оля, ты меня слышишь? Сейчас главное не паниковать. Если Димка не выживет, тебе нужно будет действовать быстро.
- Мама, он ещё не мёртв!
- Ну, конечно, конечно. Но ты же знаешь, как это бывает. В прошлом году после обрушения в соседней шахте только двоих нашли живыми.
Ольга не ответила. В голове крутились мысли:
- А если он выживет? Если узнает про Максима?
Дверь магазина распахнулась, на пороге появилась запыхавшаяся подруга Лена и спросила:
- Оль, ты в курсе, что там внизу?! Говорят, обрушило штрек, где ремонтники работали.
- Максим там?
- Не знаю. Но если он в ночную смену остался, может быть там.
- Я пошла на шахту, подмени меня!
У ствола собралась толпа. Жёны, матери, дети, машины «Скорой помощи», машины спасателей. Кто-то плакал, кто-то молча курил, кто-то звонил родным. Ольга протиснулась вперёд, к группе спасателей. И спросила:
- Скажите, из добычной бригады, мастер Дмитрий там?
- Дима? Нашли его. В сознание приходит. С ним ещё одного подняли из ремонтной смены, его Димка и спас, но его сразу в реанимацию повезли.
- А как его зовут?
- Максим. А всех остальных, по распоряжению Дмитрия, Геннадий вывел в безопасную зону до обрушения.
Ольга выдохнула. Значит, Димка жив. И тут же её бросило в жар. А если он узнал про Максима? Если Максим уже рассказал?
Дмитрий лежал с закрытыми глазами, но не спал. В ушах ещё стоял грохот обрушения, тело ныло от ушибов. Нестерпимо ныли ладони, которые он серьёзно повредил, когда упал в гезенк и летел вниз. Главная боль была не физической. Он думал, вспоминая слова Максима, просившего убить его, чтобы избавиться от боли и сообщившего ему, что три месяца, он прямо у него под носом, встречался с Ольгой. Была понятна и причина его ухода из бригады.
Дверь приоткрылась, и в палату осторожно заглянула Ольга, она спросила:
- Дима?
- Привет. Пришла проверить, выжил ли твой любовник?
Ольга побледнела, она поняла, что отпираться бесполезно и ответила:
- Я не знала, что он там.
- Врёшь. Ты знала, что он в ночную смену работает. Значит, могла догадаться.
- Как я узнала, он остался там после смены.
- Прекрасно. А, в общем, пока я в больнице, собери свои вещи и съезжай. Квартиру мы поделить не сможем, она нам не принадлежит. Это служебное жильё. Её дали мне как приглашённому специалисту. И буду ли я ещё работать, не известно.
- Почему не известно?
- Отправят на инвалидность и дорога в шахту закрыта. Останется только лёгкий труд на поверхности. Всё, иди, вещи собирай.
- Но ты меня любил!
- Как бы я тебя ни любил, я знаю, что теперь, между нами всё кончено.
После ухода Ольги Дмитрий слышал, как к нему пыталась пройти тёща. Но медсестра не дала этого сделать. Ещё через десять минут, медсестра Варя вошла в палату со шприцом, и Дмитрий спросил:
- Там, похоже, моя тёща приходила?
- Да, была и она. Но это не самое страшное, о чём надо беспокоиться. Я вам сейчас снотворное уколю. Поспите. И подумайте, что будете говорить представителям Ростехнадзора. Они приступили к расследованию причин аварии на шахте. Сейчас пытаются говорить с Максимом, которого вы спасли.
- Так он очнулся?
- Максим всё ещё в реанимации, решили начать с него, боятся, что он умрёт.
- А почему ты меня предупреждаешь?
- Они там говорили, что надо всё на вас повесить. Что вы хотели, под этот шум, убить любовника вашей жены.
- Они и это знают?
- Знают.
Когда представитель Ростехнадзора с прокурором города пришли для беседы к Дмитрию, он спал. Медсестра пояснила:
- Он будет доступен только часов через шесть. Ему укололи сильное обезболивающее и снотворное.
- А утром?
- Утром, согласно назначения лечащего врача, ему сделают уколы, которые его усыпят, и он проснётся ближе к двенадцати часам дня.
На следующий день Дмитрий проснулся с тяжестью в голове. Тело ныло, но сознание было ясным. Он сразу вспомнил слова медсестры о том, что Ростехнадзор и прокуратура хотят переложить на него вину за аварию. Не ясно было только, почему они это хотят сделать?