Два дня пролетели быстро. Дмитрий, несмотря на боль, уже мог сидеть и даже немного ходить по палате. Врачи говорили, что восстановление идёт хорошо, но о возвращении в шахту пока думать было рано. Медсестра Варя, с которой он сдружился, сказала:
- Дмитрий, вам надо ещё реабилитацию пройти и тогда решать работать ли в шахте. К тому же и на поверхности много работы.
В один из дней в палату вошла адвокат и сообщила:
- Дмитрий, документы готовы. Подпишите здесь, здесь и здесь. Это заявление о расторжении брака, иск о выселении Ольги из служебного жилья и ходатайство о запрете на приватизацию квартиры без вашего согласия.
- А если она уже подала документы?
- Не успела. Я проверила, пока только разговоры. Но как только суд примет решение о разводе, она автоматически теряет право на жильё.
- А что с Максимом?
- Просили тебе не говорить, но он очнулся вчера. Состояние тяжёлое, но стабильное.
- И что он сказал?
- Пока ничего. Следователи к нему ещё не попали, врачи не пускают. Но…
- Но что?
- Ваша тёща уже была у него.
- Значит, готовят показания против меня.
- Вероятно. Но у нас есть козырь.
- Какой?
- Показания ремонтников. Они подтвердили, что вентиляция в их штреке была отключена, и метан скопился до опасного уровня. А ещё есть запись разговора вашего начальника участка с замдиректора. Они обсуждали, как «убрать» неудобного свидетеля, то есть вас.
- Откуда это?
- Виктор Сергеевич сам передал. Он не хочет быть крайним.
- И что теперь?
- Теперь мы идём в наступление.
Тем временем Ольга и её мать сидели в кабинете замдиректора шахты, он рассказывал им:
- Всё идёт по плану. Максим уже согласился дать нужные показания.
- А если Димка начнёт сопротивляться?
- Не успеет. Завтра прокуратура официально объявит его виновным в нарушении техники безопасности. А дальше возбудят уголовное дело.
Ольга молчала. В душе копошилось что-то неприятное, но она гнала эти мысли прочь. Мать рассуждала:
- Главное сейчас - не провалить момент с квартирой.
- Екатерина, скажи, а зачем вам с дочкой квартира в этом, заброшенном богом, посёлке? Что тут есть? Шахта и всё? А насчёт квартиры, не волнуйтесь. Как только Дмитрия арестуют, жильё перейдёт к вам.
На следующий день в палату Дмитрия вошли двое полицейских в форме:
- Дмитрий Сергеевич, вы задержаны по подозрению в нарушении правил безопасности, повлёкшим человеческие жертвы.
Он спокойно посмотрел на них и спросил:
- Вы как меня понесёте? И на основании чего я задержан?
- На основании показаний свидетелей.
- Каких именно?
- Это вы узнаете на допросе.
В этот момент в палату вошла адвокат.
- Моему подзащитному ещё неделю предписан постельный режим. Любые допросы только здесь и в присутствии врача.
Полицейские переглянулись и ответили:
- Хорошо. Но завтра мы вернёмся с санкцией на принудительную доставку.
Когда они ушли, адвокат достала телефон, позволила кому-то и сказал два слова:
- Пора действовать.
Вечером того же дня в кабинете прокурора раздался звонок, его собеседник, которого он узнал, сообщил:
- У нас проблема. В СМИ утекли записи разговоров о фальсификации дела.
- Какие записи?! Какого дела?
- Того самого дела и те самые записи. И ещё, признанный потерпевшим по делу Максим отказался от своих слов.
- Что?!
- Он заявил, что Дмитрий спас ему жизнь, и что все обвинения - это ложь.
Прокурор побледнел.
- Кто ещё знает?
- Все. Уже идут публикации.
На следующий день в шахтёрском посёлке царил переполох. Журналисты, проверяющие, скандал на всю область. Замдиректора шахты и тёща Дмитрия были вызваны на допрос.