Подробности известны. Франкфуртская школа, нео-марксизм, фрейдо-марксизм, сплочение всех меньшинств – расовых, национальных, религиозных, сексуальных, гендерных, жестокий черный расизм, самотеррор посредством неконтролируемой мусульманской иммиграции, аутогонение христианской культуры на себя самое, депопуляция, объявление белой расы виновной за все грехи истории (реальные и вымышленные), белой культуры – расистской по факту, а белых мужчин объявили просто источником всех зол и исчадиями ада.
И «свободный мир», бывший свободным каких-то четверть века назад, вдруг оказался разделенным на две непримиримые половины. «Прогрессивисты», то есть уничтожители собственной цивилизации, апологеты коммунистических фантазий всех степеней бреда, агрессивные борцы со всеми несогласными – и «консерваторы», то есть психически и умственно адекватные люди, приверженцы закона и морали, труда и личной безопасности, равных возможностей для каждого, свободы слова и печати, шествий и демонстраций, нормальной семьи и свободной конкуренции.
То есть: консерваторы придерживаются ценностей, которые и позволили нашей цивилизации состояться и достичь небывалых в истории вершин. Прогрессивисты хотят эту цивилизацию уничтожить, и на ее обломках создать мир всеобщего уравнительного равенства – равенства благ и результатов для каждого, независимо от его вклада в общее дело, пользы, способностей и трудолюбия. Независимо от спроса на продукты его труда и сам факт труда либо его отсутствия.
Идеи прогрессивистов выглядят на первый взгляд бредовыми. На второй взгляд – садизмом и издевкой над умственными способностями граждан. И тем не менее они захватили умы подавляющего большинства западной интеллигенции, не говоря о студенчестве!
…Сейчас я хочу сказать по этому поводу лишь одно. Мир не может быть един. Человечество не может быть едино и солидарно. Имманентное стремление социума как системы к самоусложнению заставляет делиться недавних единомышленников на группы, борющиеся друг с другом и определяющие себя через противопоставление другой группе. И в поисках союзников все группы собираются в две противоборствующие половины.
Все как всегда…
Так что от мысли об единстве человечества и глобальном едином мире можно отдохнуть. Если это и произойдет – то не навсегда, и более того, ненадолго. А потом – деление на те самые единые в своей вечной борьбе друг с другом противоположности.
То есть:
Не будет мирового правительства – а будут время от времени попытки его установить, с ним бороться и его свергать: циклический процесс. Пока плебс как масса не вымрет, элита как меньшая масса не модифицирует себя в «сверхлюдей» со сверхспособностями, а электронно-кибернетические устройства не вытеснят людей (без всякого кровопролития) как неконкурентоспособный вид в продолжение энергоматериального прогресса, то есть нарастания мощности и скорости потребления, переработки и выделения энергии.
Коммунизм как вечная идея всеобщей справедливости, счастья и равенства – это, строго говоря, идея «уничтожения ради улучшения» любой общественно-экономической формации, которая прошла достаточный исторический путь для того, чтобы выполнить свое основное предназначение, ослабеть и приблизиться к обреченности неизбежного конца. Тогда с вечными идеями Золотого Века, модифицированными под терминологию и научный уровень своей эпохи, одряхлевший строй свергают, разрушают, способствуют его падению, и с мечтами о счастье и свободе вдеваются в новое ярмо, украшенное новой надписью. Новое ярмо вначале натирает до крови, потом прилаживается и давит меньше прежнего, и в нем можно больше и эффективнее пахать.
КОММУНИЗМ КАК ВЕЧНАЯ ИДЕЯ УНИЧТОЖЕНИЯ РАДИ УЛУЧШЕНИЯ
И это гораздо печальнее коммунизма – самозамена более совершенными и эффективными энергоперерабатывающими системами. И что еще печальнее – именно это совершенно реально и наиболее вероятно.
Нет смысла собачиться там, где можно жить мирно, делая людям максимум добра и получая максимум удовольствия. Но увы: покой нам только снится.
Эпилог
Левые и правые
Политическая борьба сегодня на Западе – это и в самом деле классовая борьба. Это борьба элит против народа. Менее образованный и более чуткий к социальным землетрясениям народ это чует – более образованная интеллигенция, руководствующаяся теориями и избытком энергии, этого не понимает.