Ох…
- Да, да. Эта ведьма всегда любила поиграть с тёмным искусством. – Злорадно проскрипел герцог Цурыло.
Вот трухлявый пень. Хоть бы в одной светской беседе придержал язык за зубами, когда речь заходит о почтенной Рунаре. Всё никак не простит ей, что, в своё время, ему распрекрасному она предпочла дедушку.
Гнев стал, обжигающим потоком, заполнять душу. Пальцы невольно начали сжиматься в кулаки, когда широкая, тёплая ладонь накрыла мои, нервно подрагивающие руки. Перевела взгляд на отца – в глазах пляшут искры, губы зло поджаты, брови сведены. Он кинул предостерегающий взгляд на хранителей, перевел на меня и еле заметно, отрицательно качнул головой.
Эх, да я и сама знаю, что любые агрессивные действия могут повлечь за собой непоправимые последствия, но как же трудно просто сидеть, молча наблюдая, как тебя и твою семью оскорбляют, не стесняясь в выражениях. А совсем не давно, во время последнего королевского бала, ох как эти же самые лорды вились вереницей вокруг Рунары в надежде на редкие настойки для укрепления мужской силы.
- Берите выше, господа. Кронпринц умирает, Кенира казнят. Кто остаётся следующий в очереди на престол? Я скажу вам, раз и сами додуматься не смогли – вот эта стерва. – Зло тыкнул в меня пальцем маркиз Крунос.
Какие мы обидчивые, а ещё месяц назад пытался всевозможными путями пробить своего сыночка - недотёпу в мой батальон. Тогда я была не иначе как «наихрабрейшая, наипрекраснейшая» из женщин. Да этот сопляк к мечу не знает с какого боку подступиться, кто ж его в связку возьмёт? Нас погубит и сам покалечиться.
– Я лично голосую за истребление предательского рода и за немедленное заключение этой раршевой дочери в, Лучезарной забытой, обители, для передачи дара преемнику. – Продолжал ядобито брызгать слюной Крунос, налитыми кровью глазами уставившись на меня.
- Да как ты смеешь, червь!!!- Услышала я свой голос, прежде чем успела осознать что делаю.
Маркиз тоненько пискнул и спрятался за спиной радом стоящего лорда, продолжая тыкать в мою сторону, теперь уже, мелко подрагивающий толстый палец с массивным перстнем.
- Видите! Видите?! Я же говорил – она опасна для общества. Все они!!!
Ишь как закукарекал. Всего – то раз приморозила его к месту, чтоб не жужжал назойливой мухой.
- Великая Мать, Джозеф. – Закатил глаза рядом стоящий старейшина с ветхим манускриптом в руках. – Сколько я могу повторять – нельзя нарушать равновесие. Если из этого мира уйдёт ветвь младшего из Дайкон ничто уже не спасёт всех нас от чудовищ грани. А ну уймись, живо!
- Никто не говорит о полном искоренении дара младшей ветви. Ведётся речь о передачи силы возможной предательницы более достойному преемнику. – Немного заикаясь, неуверенно подал голос, совсем помятый советник Императора.
- Тебе ещё раз напомнить битву за Гиликийскую пустошь в восьмисотом году правления Великих Царей? – потрясая толстенным талмудом, грозно пробасил второй старейшина.
- Так ведь в восьмисотом году… - Начал было советник, но увесистая летопись с глухим стуком, опустившаяся на голову несчастного, пресекла вновь зреющий бунт.
Лорд Яр обиженно потёр ушибленный родничок, зло покосился на старейшину, но не проронил больше ни слова.
- Уважаемые лорды, вот вы все сидите, рассуждаете о предательстве маршала и капитана. Вы уже поставили клеймо предателей, обвинили их во всех грехах и выбираете способ казни. Но, не забыли ли вы – пока каждый из вас нежился в тёплой кровати, попивал фархийскую наливку, сколько маршал и капитан Дайкон защищали ваш покой? – Статный воин медленно вышел вперед. Выдержал паузу, обведя всех и каждого цепким взглядом.- Сколько жизней успел спасти генерал Кенир. Сколько ваших сыновей и дочерей смогли вернуться домой целыми, невредимыми после стычек с чудищами грани. Прорывы отнюдь не перестали проявляться. – Мужчина повернулся к саиру и, иронично усмехнувшись, продолжил. – Разве Его Высочество активно не помогал во время большинства стычек? Скажи – ка мне, Ларант, думаешь, если бы Кенир желал власти он бы не попытался раньше? Уж зная кронпринца – возможностей было предостаточно.
В зале вновь воцарилась гробовая тишина.
Никто не спешил перечить Графу Гуро. Великому воину, королевскому наставнику. Нашему с Кениром учителю.
Саир прожог графа ненавистным взглядом, но вот его губы растянулись в змеиной усмешке, а в глазах вновь поселилось безразличие.
- Заслуги многоуважаемого маршала и генерала Дайкон, бесспорно, велики, но, мне кажется вы, Карл, упускаете маленькую деталь – величайшие деяния этой семейки не помогут нам поставить кронпринца на ноги. Может вы не прочь погрузить Империю в смуту? – хищно уставился высший на графа Гуно - Ко всему прочему, в данный момент мы рассматриваем дело о причастности к подготовке убийства наследника престола маршалом и капитаном Дайкон. Скажите, будете ли вы как прежде восхищаться прелестями лисицы, после того, как она разворотит весь курятник? – насмешливо проворковал саир.