Когда последняя девушка закрыла за собой дверь, шикар всё же продолжил:
- Верно, но также я говорит тебе о том, что лариум помогает раскрыть и сфокусировать магический потенциал. Из- за переизбытка энергии твои силы заблокированы. Они просто не могут найти выход из твоего тела, так как многие энергопатоки оборваны. Лариум поможет организовать энергию, сгруппировать если будет понятнее. А вот это, - мужчина раздвинул полы хламиды, оголяя торс, и вынул из кармана брюк голубой пузырёк. - Поможет быстрее восстановить энергопатоки. К утру ты сможешь управлять своей силой. Без этого, - шикар легонько встряхнул жидкость, - твоё полное энергетическое восстановление потребует больше времени.
- А как же ритуал? Я думала, для этого ты меня и вызвал сегодня, - недоумённо моргнула, совершенно для себя незаметно перейдя на «ты».
- Мне не нужна еле живая шайнари. Можно сказать – у тебя сегодня выходной. – Аметистовые глаза как- то испытующе уставились на меня, будто пытаясь заглянуть в самую душу. -Ну? Так что ты решила?
Молча потянулась к лариуму, положила в рот и проглотила не разжёвывая. Подавилась. Вот куда, спрашивается, тороплюсь? Восстанавливая дыхание, ещё немного мысленно прокляла себя за поспешность. Уже потянулась за пузырьком, но шикар увернулся, ловко откупорив колбу одним движением большого пальца и мурлыкнул:
- Открой рот, - а глаза хитрющие такие... Вот явно пакость какую задумал.
Ещё чего! Что за нездоровое желание постоянно кормить своих шайнари с рук?
Смерила шикара одним из коронных взглядов Рунары – тот, что для нахальных мужиков, которые за глаза элексирчики ценные выпросить пытаются. Ловко перехватила пузырёк, опрокинула в себя залпом и снова подавилась. Вот знала же, что пакость какая- то. Вкус у жидкости оказался премерзким. Какая- то болотная, затхлая тина с чем- то очень горьким, что сразу прилипло к нёбу. Даже с моим опытом в зельеварении не удалось распознать что. Самое обидное - пока пыталась откашляться, мужчина так хохотал, что я точно свалилась бы с его колен, не держи он меня так крепко. Отсмеявшись, наклонился к ближайшему кувшину, тесней прижимая к обнажённой груди. Кашлять сразу перестала. Вообще забыла, как дышать. Щёки нещадно полыхали. Почему- то только сейчас пришло полное осознание ситуации, в которую попала: я, в шёлковом халате на голое тело, сижу на коленях у постороннего мужчины с голым торсом, рука которого покоиться на моей талии. Прижимаюсь к нему, ощущая сквозь тонкую ткань жар его тела и ровное биение сердца.
Щёки запылали с утроенной силой.
Лучезарная, как же не ловко. Мне, конечно, приходилось видеть всяких мужчин без одежды. Всё же в казармах особо не щадят девичьих чувств, но то были солдаты. Раненные в основном. А тут… тут…
- Если ты продолжишь так ёрзать, гарантирую, лично для тебя это ничем хорошим не закончиться, – зашипел нарх и мрачно всучил мне кубок с компотом.
«Стыдоба одним словом…» - сокрушённо подумала я, глотком осушая половину кубка.
Напиток оказался просто невероятно вкусным. Ничего подобного в жизни не пробовала. Охлаждённый, в меру сладкий с небольшой кислинкой и горчинкой в послевкусии. Напиток обволакивал гортань, освежая, но в то же время, согревая, словно тёплым одеялом. Не удержалась и от непередаваемого удовольствия закрыла глаза, наслаждаясь каждым глотком. Из всего калейдоскопа вкуса я сумела разобрать лишь спелую вишню и чернику. Опомнилась лишь, когда бокал опустел. Нехотя разлепила веки… и вот если бы в эту самую минуту ещё пила – точно бы подавилась снова.
Потемневшие на несколько тонов, с брызгами золотых искр, глаза мужчины приобрели сходство с ночным небом. Огоньки переливались – то вспыхивая в таинственной глубине, то вновь угасая, будто живые. Так близко… Это было настолько завораживающее зрелище, что я, кажется, на миг забыла, как дышать. Невольно перевела взгляд на его нервно сомкнутые губы. Зубы мужчины были настолько плотно сжаты, что на щеках заиграли желваки. Брови нахмурены так, что между ними образовалась складка, а весь он, словно, окаменел.
«Что я сделала не так? Чем заслужила неодобрение?» - лениво шевельнулась мысль в совершенно пустой голове.
Губы начало покалывать и только сейчас я осознала, что всё это время шикар, не отрываясь, следил за каждым моим глотком. Его взгляд медленно прошёлся по подбородку, огладил оголённую шею и застыл где- то в области грудной клетки. Там, где виднелась маленькая родинка, не прикрытая чуть спущенным предательским халатом. Стало интересно, что же так привлекло его внимание. Я скосила взгляд и увидела маленькую алую капельку, застывшую посередине оголённого участка кожи. Стало жарко. Жутко неуютно. Щёки запылали огнём.