Ох, какая непозволительная роскошь для меня сейчас - выбор. Опозорить свой род? Хм, конечно то, что я собираюсь сделать, однозначно повлекло бы за собой множество неприятностей, если бы это стало достоянием общественности. Может дать своей семье возможность сгинуть в небытие? Обречь единственного, по-настоящему дорогого и верного мне человека на гибель? Или же дальше тешить свою врожденную, тщательно огранённую, гордость?
Думаю, выбор очевиден.
Горделиво расправив плечи и вздёрнув подбородок, торжественно произнесла:
- Я принимаю всю ответственность за своё решение и готова ознакомиться с условиями.
Голос не дрогнул, ведь я не сдамся. Ни за что и никогда. Лучше уж славная смерть после яростной схватки, осознавая, что ты уже израсходовала весь доступный арсенал, нежели позорная, никчемная покорность судьбе и поражение.
Особенно, когда на кону жизнь дорогих тебе людей…
Чувственные губы тронула мягкая улыбка. Прекрасное видение повернулось и направилось в сторону противоположной стены. Каждый её жест был подобен музыке, создаваемой тихим звоном множества браслетов, унизывающих тонкие запястья и щиколотку. Каждый её шаг был словно продолжением неизвестного мне, завораживающего танца. Она подошла к деревянным панелям и разгладила небольшую складочку на юбке. Взору открылся совсем не целомудренный разрез до бедра, оголяя бронзовую кожу.
Подавила восхищённый вздох. За подобных женщин мужчины готовы отдать последнюю каплю своей крови, бросить к ногам все царства и покорить новые миры. За одну лишь робкую улыбку они были бы готовы умирать.
Шаираи всего лишь коснулась тонкими пальцами панели на стене, и потайная дверь тут же отварилась.
Откинув длинный, чёрный локон, выбившийся из причудливой прически со своей щеки и, одарив вновь ласковой улыбкой, она поманила меня:
- Следуйте за мной, шайнари.
Перед мысленным взором на мгновение вспыхнула самодовольная, жёсткая ухмылка, искажающая мужественное лицо и ярость, раскалённой лавой вспенила мою кровь.
О нет... Этот змей не получит, столь вожделенной, крови. Я не позволю.
Величественно поднявшись со своего места, я направилась вслед за этой прекрасной женщиной. Холод паркета словно закалял мою решимость, позволяя избавиться от последних крупиц стеснения и страха. Проследовав за шаираи, я оказалась в небольшой купальне.
Кроме расположенного небольшого бассейна в центре, над которым легко вился белый пар, разнося чудесный, пряно - мятный аромат, повсюду были зажжены свечи, яркие огоньки которых плясали, отражаясь и искрясь в сером мраморе, покрывающем всю комнату. Кромка бассейна была украшена великолепной арвийской плиткой чёрного цвета, на которой, в установленном серебряном подносе искусной чеканки, легко мерцали три флакона с маслами.
Бело - серый пар, завиваясь в причудливые узоры, устремлялся к двум длинным, узким оконцам, расположенным у самого потолка, открывая вид на мерцающие мириады звёзд.
Рарш, да богатству убранства здешних помещений, похоже, мог бы позавидовать даже император. Я и представить себе не могла насколько волшебным окажется это место. Казалось, ты дышишь не воздухом, а жидкой магией.
Лёгкий щелчок замка заставил слегка вздрогнуть от неожиданности. Латифа подплыла ближе и принялась помогать мне скинуть удушающую одежду, окутывая своим неповторимым ароматом розмарина и жасмина. Она величественно расстегнула корсет и дорогая хинийская ткань, цвета спелой вишни, украшенная драгоценными камнями, жалобно звякнула о мраморные плиты. За корсетом отправилось верхнее и нижнее платье. Женщина взяла меня за холодную руку, и я невольно отметила нежность её кожи. Вместе преодолев путь до бассейна, шаираи помогла мне опуститься в тёплую воду и, сотворив из пара для себя подушку, присела рядом с серебряным подносом.
- Правила весьма просты, – не стала ходить вокруг да около Латифа, распуская мою причёску и намыливая волосы мерцающей жёлтым сиянием жидкостью - Мы не произносим имён. На сегодняшний вечер вы получаете статус шайнари. Назвав своё имя на приёме шайнари разрывает договор и теряет защиту. Мы с благодарностью принимаем внимание господ и с готовностью исполняем ритуал, когда он потребуется. Шайнари не разглашает таинство ритуала. И самое главное, девочка, – тон шаираи приобрёл властные ноты, от которых по коже пробежали мурашки - запомни, ты ни в коем случае не должна давать ни крупицы своей крови добровольно. Если ты сделаешь это я ничем не смогу тебе помочь.