— Красавец, да чего уж там скромничать, я просто великолепен — сладостная волна прокатилась по телу.
Абрам буквально светился удовольствием
— Надеюсь, вы довольны, господин прапорщик?
— Да вы просто волшебник Абрам Гершевич, право слово, я благодарен вам безмерно —
— Ну что вы, просто хороший мастер — и он покраснел от удовольствия
— Я и сам не ожидал, что так все замечательно получиться, вы сразу пойдете в мундире? —
— Да, отправьте вещи, пожалуйста, по адресу —
— Не извольте беспокоится, все будет в лучшем виде —
Я расплатился с мастером, добавив 5 рублей сверху, и вышел из мастерской. Мундир был действительно пошит хорошо, не чувствовалось никакого неудобства оттого, что он новый и не обмятый, умеют шить, нет слов. Я шел без холодного оружия, приветствуя офицеров, отвечая не приветствие нижних чинов, и никто не подумал бы, что я только одел мундир, настолько я был гармоничен и естественен в нем, даже щеголеват. Было немного жарковато, но это мелочи. Прибыв в канцелярию кадетского корпуса, я столкнулся с капитаном, генштабистом, он попросту не узнал меня, когда я поприветствовал его.
— Боже правый, вы ли это Иванов, что с людьми делает форма, да вы просто записной красавец.
Ну не смущайтесь так. Прямо глаз радуется, глядя на вас. Так, а это что за непорядок, не успели одеть форму и так грубо нарушаете её.
Я растерялся, не понимая, в чем мой прокол, капитан не выдержал и рассмеялся.
— Вы действительно не знаете, что вам присвоен чин подпоручика, по отдельному ходатайству экзаменационной комиссии как лучшему кандидату. Кстати, это штабс—капитан Рихтер настоял на этом.
Вот так оборот, это же просто замечательно, я подпоручик, нужно срочно добавить звездочку.
Быстро получив документы в пакете подписанным моей фамилией, расписался в получении и стремительно покинул корпус. В мастерской мне переделали эполеты, и я, кликнув извозчика, поехал домой. То, что случилось дома не описать словами, нет, они знали, что я сдаю экзамены и еще что-то, но это мои дела. Наш городовой, как раз стоявший у ворот нашего двора, не узнал меня и став во фрунт, четко отдал честь, я ответил на его приветствие.
— Здравствуй, Евграф Игнатьвич, ты что же не узнал меня? —
Он присмотрелся и, осознав, кто перед ним, застыл с открытым ртом.
— Да полно тебе, Евграф Игнатьевич —
Наконец, справившись со своей растерянностью, он севшим голосом произнес
— Виноват, ваше благородие, не признал сразу, да и как тут признаешь вас Петр Алексеевич, ей-богу не признал, вы уж не серчайте на меня —
— Ну вот, ваше благородие, Петр Алексеевич, что значит социальный статус — с удовольствием подумал я, не зря мои труды и старания.
— Вот, Евграф Игнатьевич, не побрезгуй, выпей за мое здоровье и удачу — вручил ему пятирублевую ассигнацию.
— Благодарствую, Петр Алексеевич, матушке моё почтение — казал он козырнув.
Дома прошел в гостиную чуть не столкнулся с Варварой, мама сидела за столом, а Варвара с подносом в руках посторонилась, пропуская гостя в комнату.
— Прощения просим, да вы проходите —
Я как ни в чем не бывало ответил,
— Ну вот, вы смотрю, пообедали и даже чаю успели попить —
Картина Репина приплыли. Вся гамма чувств явственно читалась в глазах мамы, растерянность, непонимание, узнавание и потеря ориентации в пространстве полная.
— Петенька — только и смогла она выговорить. Потом окончательно убедившись, что я, это я вскочила и быстро подойдя ко мне остановилась рядом, прижав руки к груди, смотрела на меня снизу вверх. Раздался грохот упавшего подноса с посудой. Пришедшая в себя Варвара запричитала
— Да что это такое деется, —
Я приобнял за плечи маму и осторожно прижал к груди, она расплакалась, у меня защипало в глазах и запершило в горле
— Ну вот, весь мундир промочила, — сказала она виновато.
— Как же так, Петенька, ты и подпоручик, боже мой, хорош, просто красавец, — продолжала она восклицать, любуясь мною.
— Ах, как бы батюшка твой порадовался — слезы вновь потекли из её глаз.
— Ты уж не делай так более, а то помереть можно от неожиданности и радости, давай рассказывай, как это все понимать, Варвара подай чаю Петру Алексеевичу, кулёмка.—