— Здравия, Петр Алексеевич, с просьбой я тебе командир. Разреши свадьбу на базе справить, всех в доме не уместишь, а тут среди своих.—
— И когда планируешь? —
— В субботу, позволишь, командир?, —
— Хорошо, как с матерью, помирился? —
— Нет, не хочет признавать Амину, ну и ладно, стерпится, слюбится. — улыбнулся Рома.
Свадьбу решили гуляли скромно, но как-то не получилось. Все кто был женат пришли с женами, набралось больше пятидесяти человек. Аминат была просто прекрасна в национальном черкесском наряде, Рома в парадной форме с медалью, прямо светился от счастья. Гуляли на славу, уже ближе к концу стали петь песни, и все какие-то грустные. Типа казацкая доля такая, получить пулю и умирать одному в поле или где придется. И тут меня понесло, счас спою.
— Что-то грустно бойцы стало я желаю спеть— все смолкли и уставились на меня. В этом теле я унаследовал очень приличный голос и поэтому не жеманясь затянул песню самого казацкого казак России А. Розенбаума
Лай-ла-ла-ла-лай эй…….
Под зарю вечернюю солнце к речке клонит
Все что было не было знали на перед
Только пуля казака во степи догонит
Только пуля казака с коня собьет
на втором куплете Саня подобрал мелодию и осторожно стал подыгрывать, а я вошел в раж пел громко и красиво, ну по крайней мере мне так казалось. Саня уже уверенно под игрывал мне, кто-то стал ритмично стучать по столу, увлекаемый песней, а на последнем куплете уже многие подпевали со мной.
— Ай, молодца сотник, ай любо — кричал Сомов — спой еще раз, порадуй душу —
Ну, а я чего, спою, если так просят и затянул, но тут стали подпевать многие и не абы как, а разложили на три голоса, да с посвистом, какие таланты пропадают. Дальше народ пожелал танцы, на мой взгляд как-то не очень, вроде вялотекущей лезгинки. В будущем прошлом, во время службы в Афгане со мной во взводе служил дагестанец Расул Магомедов, ну как у нас Иванов. Он все детство и юность протанцевал в ансамбле народного танца Дагестана. Так вот, в свободное время он иногда что бы выплеснуть эмоции срывался и танцевал лезгинку, делал это очень красиво и профессионально. Мне так нравилось это действо, что попросил научить меня. Он показал 7 базовых движений и объяснил, что остальное это их связка в порядке, который мне нравиться. Я упорно тренировался и как-то в танцевальном баттле он похвалил меня, оценив на твердую 4. Вот такой козырь у меня в рукаве, уверен когда ни будь он мне понадобиться. Эх жаль гитары нет. Ко мне подсел Болотов старший,
— Хорошо поешь, Петр Алексеевич, и песня самая что ни есть казацкая, только я не слыхал ни когда, иль сам придумал? —
— Какая разница, Степан Филимонович, хорошая песня и довольно того. — ответил я нейтрально.
— Тоже, верно, но все одно хороша, может еще споешь, уж больно складно у тебя получается? —
— Правда, командир, спой еще что ни будь — раздались голоса в поддержку Степана.
— Не вопрос, хотите еще, получите —
Расцветали яблони и груши,
Поплыли туманы над рекой
Выходила на берег Катюша,
на высокий берег на крутой
Выходила песню заводила,
про степного сизого орла
Про того которого любила
про того чьи письма берегла…
Ну тут народ поддержал с ходу, да так ладно, как будто давно знакомую песню. Когда песня закончилась, естественно пришлось повторить на бис. Мне не трудно, спел, действительно хорошая песня жить помогает.
Сомов в самом хорошем расположении подсел и при обнял меня за плечи.
— Хороший казак из тебя получился, Петр Алексеевич, ей, ей и не спорь, каких пластунов выучил, любо дорого посмотреть. А ведь сомневались все, что, что-то путное получиться. Видано ли дело, армейский офицер пластунов их делу учить будет. Если уж совсем по правде, так Степан Болотов, сказал, что они по сравнению с тобой, что молодь без усая, а он потомственный пластун и такое признание похвала тебе большая. Эх, был бы моложе обязательно к тебе пошел бы. Ладно о том, когда набирать новиков будешь? Слыхал, что уже восемь десятков парней к тебе на испытание прибудет, скольких возьмешь? —
— Не более пяти десятков, больше не потяну —
— Да ты не журись, Петр Алексеевич, обчество обещалось помочь с продуктами, а полковой командир с есаулом знаешь как за тебя по началу с атаманом бились. Это уж потом когда ты банду разбил и чиновника отбил у горце все вдруг подобрели и оказывается, хотели создать подобную команду. Люди все видят и примечают. Одно то, что на нашем участке горцы лишний раз не лезут, то тоже заслуга твоих пластунов, всех бандюков извели, обходят стороной. Ходжа Али, к тебе с уважением тоже не малого стоит. Не позавидуешь ему, к нам прислониться, свои резать начнут, к бунтовщикам присоединится, мы придавим в любом случае. —