Но это была чужая земля. Она с трудом читала вывески на заправках и воспринимала их значение.
Когда ее дедушка, наконец, свернул на длинную подъездную дорогу к ферме, Никс обессиленно привалилась к спинке заднего сиденья. Дом в свете молочно-белых фар — одна из которых мигала, как будто вот-вот погаснет — выглядел как и всегда. Знакомое крыльцо, ряды окон, крыша и дымоход…
Никс сказала себе, что это ее дом. Но в глубине души… она ничего не почувствовала. Насколько она знала все детали, настолько же этот дом сейчас казался чужим, а ее воспоминания было невозможно связать воедино.
Скрипнули тормоза «Вольво», и дедушка поставил рычаг в режим парковки. Когда он вышел, она возилась с дверной ручкой. Пальцы совсем ее не слушались.
Дедушка открыл ей дверь. И предложил свою руку.
— Давай я тебе помогу.
— Я в порядке.
Ну да, черта с два. Ее голос был таким тихим, что она сама едва могла его слышать.
Дедушка все равно взял ее за руку, и Никс облокотилась на него, чтобы выбраться с заднего сиденья. Покачнувшись на ногах, она взглянула на переднюю часть машины.
— Ты так быстро ее починил?
— Тебя не было три дня.
Никс повернула к нему голову… и выругалась, когда укол боли пронзил ее позвоночник.
— Казалось, что дольше.
По ощущениям, прошла вечность.
Хлопнула москитная сетка, и шум заставил ее взглянуть на крыльцо.
Пойзи выскочила из дома и сбежала вниз по ступенькам, ее розовое платье в цветочек и светлые волосы развевались позади. Но до машины она не добралась.
Она замерла на полпути через лужайку.
Когда ее глаза широко распахнулись, она отпустила ткань платья, которую придерживала, и прижала руку ко рту… и все, о чем могла думать Никс… у нее не было на это сил, черт побери. После всего, через что она прошла, у нее не было никаких сил, чтобы справиться с истерикой сестры.
Никс выдохнула и покачала головой.
Казалось, что Пойзи решительно взяла себя в руки. И пересекая расстояние до «Вольво», она быстро моргала, но слез не было.
— Пойдем, — спокойно сказала она. — Заведем тебя в дом.
Когда ее хрупкая, склонная к истерикам сестра взяла ее за руку и тихо, целеустремленно двинулась к дому, Никс пошла без возражений, не пытаясь показаться сильной. Выглядело так, словно они обменялись изрядным набором своих качеств.
Или, по крайней мере, одолжили друг другу на время.
Подъем по лестнице казался невозможной задачей, и Никс пришлось сильно опираться на Пойзи, чтобы преодолеть ступеньки. А путь до входной двери по ощущениям напоминал марафон на десять миль.
Оказавшись внутри дома, Никс огляделась по сторонам, не чувствуя связи ни с чем. Ни с деревенской мебелью ручной работы, хотя она сама расставила стулья, диван и прикроватные тумбочки. Ни с фотографиями на каминной полке, ни с картиной на стене с изображениями членов семьи. А ковер под ногами она вообще не узнавала.
— Душ, — сказала она. В основном потому, что не хотела ни с кем разговаривать и полагала, что это поможет ей выиграть время наедине с собой.
Ей не хотелось говорить. Не хотелось есть. Она просто хотела прилечь.
Пойзи отвела ее в ванную. Открыла дверь. Указала на ванну.
— Ванна.
— Душ.
— Нет, ванна. Ты не долго простоишь в горячей воде.
Когда Пойзи втолкнула их внутрь и закрыла дверь, Никс покачала головой.
— Я могу сделать это. Мне не нужна помощь…
— Тебе, должно быть, нужно в туалет.
Никс моргнула. Посмотрела на унитаз. Интересно, сможет ли она вспомнить, как им пользоваться.
Странно, она не помнила, как справляла нужду там, внизу. Как-то. Она просто не могла вспомнить, как и где.
Она не могла вспомнить целые главы пережитого опыта. Точно так же, как не помнила большую часть своего времени на ферме. Как будто амнезия пеленой накрыла все, что с ней когда-либо происходило.
— Я включу воду. — Пойзи указала на туалет. — Сиди там.
Когда сестра не двинулась с места, Никс пробормотала:
— Ты изменилась.
— Как выяснилось, тебя не было целую жизнь.
Когда они уставились друг на друга, Никс подумала: «Вот черт, молодой претранс».
Пойзи пришлось иметь дело не только с его смертью, но и с незнанием, где находится Никс.
— Дедушка сказал мне, — сказал Пойзи. — Сказал, куда ты пошла. Ты нашла ее?
Никс медленно покачала головой и собралась с духом.