Ее взгляд на свое плечо красноречиво ответил на этот вопрос.
Шакал тихо выругался.
— Если мы собираемся вытащить тебя, тебе нужны силы, а ты израсходовала слишком много энергии. Ты тоже об этом знаешь.
Никс что-то пробормотала себе под нос.
— Я не хочу…
— Ты не хочешь, чтобы это был я? Хорошо. Используй Кейна. Он джентльмен и не воспользуется преимуществом… скажем так, этой ситуации…
— Я не хочу никого, кроме тебя, — резко сказала она. А потом ее запал стих. — Я просто не хочу тебя снова использовать.
— Когда ты использовала меня до этого?
— Серьезно? Ты еще спрашиваешь об этом?
— Я вызвался помогать тебе добровольно. — Кроме того, она была ему нужна для его собственных целей — так что они были квиты. — И я добровольно предлагаю свою вену, если ты этого хочешь.
— Не могу поверить, что ты все еще мне помогаешь. — Ее взгляд снова остановился на еде, которую она перестала есть. — Ты — святой.
— Даже близко таким не являюсь, — с горечью сказал Шакал. — Помнишь, как я оказался в этой тюрьме?
— Ты сказал, что не трогал ту женщину. — Ее взгляд вспыхнул. — Ты сказал, что тебя ложно обвинили.
— И ты мне не поверила. Так что я просто дублирую твои мысли.
— Ты не знаешь, что у меня на уме.
Шакал вытянулся, скрестив ноги в щиколотках.
— Да. А теперь доедай, и мы можем продолжить спор о том, что ты должна взять мою вену…
Никс оборвала его.
— Раньше я злилась на тебя, потому что не понимала, почему ты не хочешь освободить себя от всего этого. Особенно, если ты здесь по ложному обвинению, потому что тебя оболгали. — Она покачала головой. — А еще я злилась, потому что ты знаешь, почему я проникла сюда, и меня возмущал тот факт, что ты в ответ не говоришь мне о причине, по которой остаешься.
Прежде чем Шакал успел ответить, она потерла глаза.
— Слушай, я знаю, что в этом нет никакого смысла. И мы не обязаны быть честными друг с другом. Но это… поэтому я сказала те слова, и мне очень жаль. Ты прав. Ты был ко мне только добр и ничего мне не должен. Даже объяснений.
Через мгновение Шакал сел.
— Для тебя безопаснее ничего не знать.
Никс покачала головой.
— Это нормально. Тебе не обязательно…
— Но это правда. Чем меньше ты обо мне знаешь, тем меньше опасности для тебя.
— Ты можете хотя бы сказать мне, почему? Почему ты остаешься?
Когда Никс снова посмотрела ему в глаза, сердце в его груди пропустило удар. Она была сейчас невероятно красивой, даже в таком растрепанном состоянии… а может быть, особенно из-за него, учитывая ее инстинкт самосохранения… и он позволил себе короткую, яркую фантазию о них во внешнем мире, наверху, еще до того, как Эллани успела распространить свою ложь, а Джабон — подтвердить своим словом… до тех других, более ужасных вещей, что случились с ним здесь.
— Ты прав, — прошептала Никс при свете свечей. — Есть ты и я. Я не хотела это признавать, потому что не хотела чувствовать себя такой раздавленной, как сейчас… когда я хочу, чтобы ты ушел со мной, а ты этого не хочешь. Это убивает меня, хотя и не должно. Причина, по которой я была так зла… в том, что я хочу, чтобы ты пошел со мной.
***
Сказав это, Никс осознала, что Шак не двигается. И судя по тому, как он застыл, она его шокировала.
— Кажется, мне следовало промолчать. — Она пожала плечами, словно пытаясь преуменьшить значение очень важных вещей, о которых сейчас говорила. — Но что-то, может, тот факт, что меня второй раз за последние сутки — или уже третий-четвертый? — едва не изрешетили пулями, заставляет меня говорить.
Шутка не понравилась даже ей самой.
— Прости.
— Никс…
— Я знаю. Я остановлюсь. — Она заставила себя поесть еще немного, хотя не чувствовала вкус еды. — Так, каков новый план?
Шак перевел взгляд на стену. Когда он снова сосредоточился на Никс, его лицо ничего не выражало.
— Мне нужно найти остальных. Они нам снова понадобятся.
— Лукан и Мэйхем снова устроят «потасовку»? — Никс пальцами в воздухе заключила слово в кавычки. — Или на этот раз другая стратегия? На данный момент я открыта для всего.
Ожидая его ответа, Никс хотела прикоснуться к нему. Хотела обнять. Но осталась на месте и закончила с едой, пока Шак смотрел, как она ест.
— Давай проверим твое плечо, — сказал он. — А потом я их найду.
— Окей.
Никс начала стягивать тунику и вздрогнула. Как выяснилось, плечо действительно болело. Кто бы мог подумать.
Она также сняла ветровку и задрала рукав футболки.
— О… да, идет кровь.