— Я и говорю. Нам нужно быть поосторожнее, Ани.
— Что с нас взять, кроме пуля? — вздохнула безносая.
— Они этого не знают. Кроме того, у Вейля, наверное, деньги остались, а мадам вдова хороша собой и искусна в поцелуях.
— Этого они пока не знать, проводник позже расскажут, — подумав, предположила Анис. — Но да, надо быть настороже. Ночью страж ставить.
— Вот вы и будете сторожить. Поодиночке, чтоб меньше болтали, — Катрин изучала свои шальвары. — Давай, капрал, иголку с ниткой, я делом займусь. А подколки меня не трогают, я всякого в жизни наслушалась.
— Кто подкалывает? — Бомон извлек из ранца швейные принадлежности. — Просто мы не знали, что у вас с «Латино» чувство.
— Да. Когда же вы спать словчились? — не сдержала недоумения Анис. — Мы не следить, но…
— Я вот тоже «не следить». Вы трахаетесь на удивление бесшумно. Но страстно. По «Шеп» этакие тонкие вибрации проходили, что канаты от напряженья звенеть начинали. Но я об этом удивительном явлении природы помалкивала, ибо воспитанная дама, а не интернациональная пара хамоватых влюбленных, — намекнула Катрин, орудуя иглой.
Хамоватые пошептались, выясняя, что такое «интернациональная», потом Бомон насупился и извинился:
— Простите, мадам. Мы люди простые, грубые, намекать не хотели, просто к слову пришлось. Удивились, чего там.
— Удивляться засосу странно. Вы бы лучше учились манипулировать людьми. К примеру, красавицы этого злосчастного гарема, что теперь думать будут?
— Что вы верх бесстыжесть? — предположила Анис.
— Именно. Здоровенная властная баба с ружьем, которая считает милого мсье «Латино» своей полной собственностью. Вот ее-то и нужно бояться. А мсье — подкаблучник, добрый человек и вообще душка.
— Хитро, — капрал поскреб седеющую макушку. — Мадам гражданка ведь правильно говорит, а, Ани?
— Где правильность?! — запротестовала упрямая переводчица. — Гражданка мадам Катрин их напугать, а теперь все баб гарема будут «Латино» соблазнять. Из представлений мстительности.
— Мне жалко, что ли? — усмехнулась архе-зэка. — Маленький он для меня, хотя и слегка исправляется, будем к парню справедливы. И хорош меня «мадам-гражданкой» именовать. Что за оскорбительная конструкция? Еще раз услышу, перейду к мерам физического воздействия.
— Воздействия не надо, — заворчал опытный капрал. — Да как вас именовать? «Гражданка» вам не нравится, а «мадам» революция отменила. Я Республику уважаю!
— Ты революцию исключительно за отмену сословных званий уважаешь? Или есть более основательные причины? Ладно, это риторический вопрос. Можете меня «леди» именовать. Как иностранку из глубоко нереволюционной страны.
— Любите вы всякие аристократические титулы, — поморщился Бомон. — Англичане еще хуже наших кровопийц.
— Я не англичанка. И отчего мне титула стесняться? Мне его не в наследство маменька с папенькой передали, я свой титул на клинок взяла, — Катрин похлопала по ножнам ятагана. — Ты это учти, прежде чем пытаться меня на гильотину затащить.
— Если военные титул, так пусть бывать? — не до конца распропагандированная переводчица взглянула на своего политического наставника.
Капрал пожал плечами:
— Черт его знает, она же вообще из дикой страны. Ну, пусть «леди» будет, чего ж теперь.
— Благодарю, вы чрезвычайно любезны, — Катрин откусила нитку. — Что, ниток больше нет?
— У меня в ранце не мануфактура. Кто знал, что здесь полуголая леди будет сидеть? — справедливо заворчал Бомон.
Меж тем выход каравана затягивался. Как частенько случается с местными походными формированиями, обнаружилась уйма недоделанных дел. Погонщики возились с упряжью, Дикси рыскала в поисках крыс, переводчица с охранником решили выяснить насчет обеда.
Шефа Катрин обнаружила уединившегося под пальмами. В смысле, не совсем уединившегося — с Вейлем был жук. Волшебное насекомое целеустремленно ползло по песку. Катрин определила курс — ровная и четкая бороздка вела почти строго на запад.
— Надо думать, насекомое не устает, — пробурчала архе-зэка.
— Пока мы не имели шанса это проверить. Полагаете, чистое безумие доверять этой мистической безделушке?
— Полагаю, у вас есть основания ей всецело довериться. И вообще это не мое дело. Я насчет наших караванщиков. Они внушают доверия куда меньше скарабея.
— Эти бедуины — лучшее, что удалось достать. Что касается доверия… У вас ведь где-то было оружие? Присматривайте. До Эдема мы еще не добрались, все как обычно, люди грешны.
Катрин кивнула. То, что шеф без всяких колебаний обменял боевую удачу дивизии соотечественников на услуги десятка верблюдов и их сомнительных сопровождающих, сути дела не меняло. Все как обычно.