— Имей в виду — входя в запертую каюту, можно наткнуться лбом на случайную пулю, — намекнула девушка.
— Я стучал, но ты спала как убитая. И тут ключи для всех кают одинаковые. Но я на постель даже не взглянул! — поспешно заверил «Латино».
— Верю — Катрин смотрела на веер в руках младшего археолога. — Да, кондиционеров здесь не хватает. Слушай, ты бы меня представил командору и офицерам. Не то что я безумно жажду блестящего флотского общества, но вроде как-то так полагается.
— Ты же вроде служанка. Я не уверен, что твое положение…
— Помнится, я была представлена лично генералу Дезе. Полагаю, это явное повышение статуса и приравнивание к категории «боевой денщик-подпрапорщик с правом ношение оружия». Впрочем, я здешних офицеров не знаю, может, мне действительно лучше в обществе канониров и вольтижеров вращаться.
— Зачем же обязательно к канонирам? — забеспокоился «Латино». — Но как тебя представлять? Это же офицеры, моряки, люди относительно образованные, воспитанные. Я уже не говорю об академике-аристократе. Тут ведь и сам… Впрочем, эта фамилия тебе вряд ли что-то скажет. Твою жалкую басенку о Черногории эти люди вряд ли проглотят. Наверняка кто-то из них там бывал.
— Черногория маленькая, но необъятная страна. Я из отдаленного медвежьего ущелья, к тому же уже давно покинула милую родину. И мне больно вспоминать дом, ибо жестокий отец меня проклял и лишил наследства.
— Ты и современной Франции не знаешь.
— Послушай, дорогой Алекс, — у меня на лбу написано, что я шпионка. Но я легализованная шпионка и разумные люди не вздумают задавать лишние вопросы. А неразумные и слишком любопытные будут посланы.
— Куда? — озадачился пунктуальный научный помощник.
— К вышестоящему руководству, — Катрин осознала, что приноровилась не только чересчур крепко и не вовремя спать, но и неосмотрительно допускать в оборот труднообъяснимые идиоматические выражения. Это осложнения после сосисок, поганых снов и общения с шизанутыми потомками бедуинов.
«Латино» поджал губы, но тут как не поджимай, а соблюдать приличия нужно.
В каюте Дикси ругалась на банку из-под сосисок: во-первых, почему пустая, во-вторых, почему неправильная — даже суперострая крысиная башка в узкую тару никак не пролазила.
— Цыц! — Катрин подхватила питомца, нежно стиснула — собачка вспомнила уроки дрессировки и мгновенно умолкла. — Вот именно. В высшее военное общество выходим: кругом воинствующие рыцари Франции, неустрашимые паладины революции и Республики, будущие истовые бонапартисты, а ты гавкаешь как цепной таракан. Веди себя прилично!
Научный помощник успел перевязать шейный платок, почистить туфли и теперь с тоской взирал на компаньонок:
— Так и пойдете?
— А что не так? — удивилась Катрин, приглаживая жиденький хохолок сытой питомицы.
Алекс-«Латино» горестно вздохнул. Ну не любит человек наглых женщин и уродливых собак, ибо всецело предан делу научной археологии и прочему сугубо прекраснейшему.
Поднялись на палубу: утренний мир был ослепительно ярок, сильный ветер с пустыни нес мелкий песок и туго надувал паруса, парусина и снасти нервно вздрагивали и норовили загудеть-захлопать. Шальвары немедленно решили поддержать этот романтический трепет, дуновение отбросило чубчик Дикси и собака стала похожа на тщедушного, многозначительно жмурящегося запорожца. Обернувшиеся офицеры, матросы, канониры у носового орудия — все уставились на вновь прибывших. Но не красные шальвары их интересовали, и не опротивевшая всей флотилии мелкая вредная шавка. Тут Катрин осознала, что забыла надеть никаб. И парик тоже.
Моменты представления перед строем новому коллективу Катрин переживала неоднократно, никакого удовольствия эта официальная процедура не доставляла, но куда деваться, попривыкла. Сейчас момент усугублялся тем, что большинство присутствующих видели лицо гостьи впервые. Собственно, на свою физиономию архе-зэка не жаловалась; очертания скул могли бы быть помягче, а так вполне-вполне. Но вполне очевидно, что данное лицо с должностью служанки, прислуги, секретарши и помощницы исследователей древностей, не сочетаемо. Увы, столь очевидное противоречие весьма сужало возможности агентурной работы, что неоднократно обсуждалось и подтверждалось опытными специалистами. «Ну, какая из тебя сержант или студентка? В лучшем случае старший лейтенант МГБ. Это учитывая, что погоны оттягивают на себя часть аристократизма и надменности. А так — баронесса, на гербе родовой тигр и пара зверски разодранных предками зубров. А молодость… что молодость, она только отягощает. И как ты такая, вся элитная, жить будешь, ума не приложу. Бедняжка…» — вздыхал один очень знающий тему человек. Катрин как-то жила и не особо жаловалась, но вот случались периодически нелепые моменты.