Л. Островитянская. Записная книжка № 46/04 (вторая половинка)
Если кто найдет половинку блокнота (переплет черного цвета с оранжевым кенгуру, внутри умные мысли) обращаться в ближайшее отделение «Почты Нельсона». Гарантируем достойное вознаграждение — льготное подключение к 4G (когда появится).
Р.S. Жечь блокнот из соображений отсталых суеверий запрещается! Кенгуру — это не мистический дарк-топтун, а толстозадая крыса с сумкой.
Объявление.
ночь с десятого на одиннадцатое фрюктидора
Случается, что и опытные шпионки ошибаются. Рокот воды, береговые откосы, искажающие удаленные звуки, вполне способны обмануть слух — грохот, принятый Катрин за пушечный выстрел, был взрывом. Первый же удар врага нанес экспедиционной дивизии непоправимый урон.
Итак, по порядку. Призыв муэдзина к закатной молитве был назначен условным знаком начала выступления сил сопротивления: мамлюкам, египтянам и воинам-арабам немногочисленных подкреплений армии Мурад-бея, успевшим подойти с востока, на этот раз удалось следовать относительно четкому плану. Естественно, ни о какой координации после начала операции не могло идти и речи, но сам порядок действий заговорщики пытались соблюсти неукоснительно.
После призывов с минаретов ждали обещанного взрыва — с ним получилась задержка по техническим причинам (точно рассчитать время срабатывания импровизированной конструкции из химического детонатора, простейшего фитиля и порохового заряда было невозможно). Таящиеся в городе группы воинов, изнемогшие в подвалах и укромных садах Сиены, не дожидаясь подрыва атаковали здание французской комендатуры и конюшни драгун. Конюшни лазутчикам удалось поджечь, караульные здесь были убиты на месте, мамлюки, засевшие на соседних крышах, обстреливали выбегающих во двор казармы драгун. С комендатурой дело пошло сложнее: двое часовых погибли на посту, но ценой своей жизни позволили коменданту и бывшим с ним французам схватиться за оружие — ворвавшиеся в дом диверсанты, переодетые в берберские джеллабы и абсолютно потерявшие свойственный мамлюкам пышный блестящий вид, были встречены выстрелами пистолетов и мушкетонов. Завязался короткий бой, не принесший атакующим решительного успеха — воины Мурад-бея откатились назад и мгновенно растворились среди темных улиц. Еще одна группа переодетых храбрецов до начала выступления не успела выйти к месту назначенной атаки и довольствовалась вырезанием дюжины солдат, попавшимся мамлюкам на улице. Роты 21-й «легкой», не подвергшиеся нападению, по тревоге строились у своих временных казарм. Часть гонцов, посланных в полевой лагерь линейных полубригад, прикрывавших город с востока, были перехвачены толпой горожан и погибли, сбитые с лошадей выстрелами охотничьих ружей, забитые саблями, копьями и палками. Но двое посыльных достигли лагеря и генерал Фриан немедля выделил силы для помощи городскому гарнизону, придав батальонам две 8-фунтовые пушки. В самой Сиене командир флотилии и капитан «Неаполя», мирно беседовавшие за бутылкой вина, немедля собрали своих офицеров и канониров, и проследовали к судам флотилии.
Взрыва, прогремевшего в штабе дивизии, ни в полевом лагере, ни у отстреливающихся казарм драгун, естественно, не слышали. Собственно, заряд, заложенный в одной из комнат просторного дворца Джу’айди-бея, несмотря на свою дьявольскую начинку, был достаточно слаб. Но по трагической случайности именно в этот момент генерал Дезе, несмотря на уговоры адъютантов, решил выйти на улицу и лично разобраться в причинах вспыхнувшей стрельбы. Взрыв, разорвавший двоих человек и искалечивший еще шестерых, застиг генерала проходящим по внутренней галерее — дверной проем оказался практически напротив, дверь вышибло, и Луи Шарль Антуан Дезе получил в левый бок и спину около трех десятков медных заклепок, закупленных интендантством корпуса для ремонта фургонов. Какая жуткая ирония судьбы! Кто мог подумать, что заклепки сыграют роль шрапнели, волей необъяснимого случая, оказавшись столь близко от адской машины. Во дворце начался пожар, необходимость тушить огонь и вытаскивать раненых практически парализовала работу штаба дивизии. О тяжелом ранении обожаемого всей дивизией командира и говорить нечего — это была катастрофа!