Домой он её не приводит, потому что она ещё ему не даёт, маринует Витеньку, как порядочная. А когда до постели дойдёт, меня из этой койки выгонят?
Надо было поговорить с Виктором об этом и о моих документах. Референдум прошёл, амнистию объявили официально, значит, у меня есть шанс стать полноценным членом общества?
Я боялась услышать от Виктора правду о том, что больше не нравлюсь ему, и что он не собирается помогать мне с документами, поэтому сидела и злилась, прежде всего на себя, за свою нерешительность.
Я уже сама не знала, чего хотела, как барышня кисейная. Мою душевную тревогу усиливали мысли о Серёже. Как выяснилось, его персона интересовала не только Виктора, но ещё и Зотова Никиту.
Мир оказался намного теснее, чем я его себе представляла.
26. Даша
– Даша, к тебе гость! – крикнул мне здоровяк, заглянув в спортзал.
Виктор сегодня был дома, но, тем не менее, разрешил мне заниматься, чем я хочу, вот я и молотила грушу.
У меня каждый день выходной, по сути. Если у Виктора хорошее настроение, он приказывает мне ходить за ним везде по дому, принимать с ним вместе пищу, иногда может пошутить или расспросить меня о Фанни.
К моей собаке он тоже привязался. Он с таким удовольствием играл с ней на улице, хохоча, как пацан. Мне тоже нравились эти совместные прогулки. Возясь с Фанни, мы с Виктором будто забывали ненадолго кто мы друг другу, и вели себя, как обычные приятели.
Но чаще я была предоставлена сама себе, когда господину становилось неугодно моё общество. Может, его прикалывает так себя вести, я не знаю. Меня всё более или менее устраивало.
Слово "гость" заставило меня напрячься. Я не ждала никаких гостей. Да и какие у меня могут быть гости, если я сама тут на птичьих правах?
Когда я увидела, кто вошёл, насторожилась ещё сильнее. Какого хера от меня понадобилось Зотову?
– Привет, Даша! Помнишь меня? Я Никита, – доброжелательность из него так и пёрла. Эти заискивания не к добру.
– Чо надо? – поморщилась я, вытирая мокрую от пота шею полотенцем.
– Это Грэй? – протянул он мне фотографию.
Я обомлела, увидев лицо любимого мужчины. Это был удар под дых. Я не ожидала, что Серёжа так популярен среди российских бандитов.
На фото Серёжа был совсем молоденьким, волосы без седины, взгляд задорный, мальчишеский, и оттого он казался мне ещё красивее, чем я его запомнила. Это определённо довоенный снимок.
– Понятия не имею, – пожала плечами я, с трудом отводя взгляд от фото, сглатывая предательский ком, подступивший к горлу.
– Ты же говорила, что была в его банде? – не сдавался Никита.
– Соврала. Цену себе хотела набить. Грэя не существует. Его русские придумали, чтобы северян пугать. Это миф! Байка страшная для дурачков!
– Его сестра ищет, Олеся. Она беременна, волнуется за брата, плачет, ночей не спит!
Эта новость добила меня в самое сердце. Я знала, что случилось с сестрой Серёжи, и даже видео с её участием смотрела. Не всё, частями. Не смогла посмотреть, настолько мне было жутко и больно за девчонок.
– Жаль сеструху, но помочь ничем не могу, – стояла я на своём. Может, здоровяк подговорил этого Никиту, чтобы выудить из меня инфу, откуда я знаю? Вон он стоит, затылок свой чешет, а сам уши развесил от любопытства.
– Вить, – повернулся я к Одинцову, который наблюдал за нами. – Можно я с Дашей поговорю с глазу на глаз?
– Веди себя хорошо, Даша! – бросил Виктор в дверях. – А не то, накажу!
– Ну, так что, Даша? Он это или нет? – набросился на меня Зотов, едва здоровяк исчез.
– А ты ей кто? Лэсе? – недоверчиво поинтересовалась я.
– Муж, отец её детей. У нас будет двойня! – в его голосе было столько гордости, что сомнений в том, что он говорит правду, не было.
– Да, это Серёжа, – сдалась я и без сил присела на лавку. – Есть один номер... – Никита вынул из пиджака мобильник и записал номер телефона, который я ему продиктовала. – Позовёшь к телефону полковника Котова. Тебя спросят, по какому вопросу, ты скажешь по государственному. Пароль Лэся, с акцентом говори, как кижане. Скажешь Леся, с тобой никто не станет базарить. Но лучше бы ты его не искал. Если засекут, откуда звонили, проблемы будут уже у тебя.