- Ты как? – Масанов усадил меня на стул и в поддержке, что бы не свалилась, взял за бока, зацепив больные ребра. Я зажмурилась и глухо зашипела.
Оторвав руки от моих пострадавших ребер, он начал быстро расстёгивать маленькие пуговки на блузке.
- Что Вы делаете? - вытаращив глаза, пытаюсь запахнуть на груди полы блузки.
Он отбросил мои вцепившиеся в одежду руки и стянул ее с плеч.
От его взгляда у меня пропало желание сопротивляться. Зрачки расширены, а в радужке глаз словно огонь плещется.
Я в шоке смотрела на подругу, которая такая же растерянная, бегала взглядом от меня к Масанову. Что вообще происходит?
- Елена, принесите лед. – бросил через плечо мужчина и наклонившись ближе ко мне, осторожно ощупывал бок и ребра.
«Ленусик, милая, возвращайся быстрее, не хочу я с ним тут одна оставаться» – мысленно просила подругу, и она не подвела. Минуты через три ворвалась в кабинет.
- Вот, возьмите – она протянула Руслану Андреевичу пакет со льдом и убежала убирать беспорядок.
Вроде и ожидала что резко станет холодно, но все равно дернулась, когда Масанов прижал ко мне лед.
Проводила Ленку жалостливым взглядом и посмотрела на Руслана Андреевича.
Он нагло рассматривал мою грудь.
Ну почему именно сегодня я одела этот полупрозрачный бюстгальтер, который ничего не скрывал. Особенно соски, которые сейчас превратились в острые пики, направленные прямо на Масанова.
Надеюсь он не подумает, что это реакция на него. Это от холода! Посмотрела б я на его реакцию, если бы ему шлепнули на бок пакет со льдом.
Хотя нет, не хочу я этого знать.
Я попыталась прикрыть руками грудь.
- Не двигайтесь, Кира Александровна, у Вас сильный ушиб. - рыкнул, опуская взгляд на ребра.
- А вы доктор? – зло сверкнула глазами.
Он проигнорировал вопрос.
На боку действительно наливался огромный синяк, но это ведь не повод сидеть вот так вот перед ним сверкая грудью. Когда он предо мной на корточках, а его лицо прямо напротив груди. Которую он, кстати, рассматривает немигающим взглядом уже минут пять, и кажется даже не дышит.
- Дальше я сама, спасибо. – отобрала у него лед, вжимаясь в спинку стула.
Быстрее бы он ушел, не могу выдержать его пожирающий взгляд.
Посмотрев на мои ребра, он хрипло откашлялся:
- Пойду, закончу там – и быстро вышел из кабинета.
Мне сразу стало легче дышать, вроде воздуха в кабинете стало больше.
Я посидела еще минут десять и застегнув блузку, пошла в раздевалку. Охрана доложила Вячеславу Геннадиевичу о происшествии, и он разрешил отсидеться часок в раздевалке, пока не станет легче.
В эту смену, Масанова в клубе я больше не видела и даже проскочила мысль что его по-быстрому уволили.
После инцидента с моим падением прошло несколько дней и боли уже не было, синяк понемногу сходил.
Масанова не уволили, и он явился на работу уже в следующую смену.
- Как ребра? – Масанов остановил меня, перехватывая рукой под грудью, когда я попыталась проскочить мимо него по коридору.
- Уже лучше – хрипло отвечаю, выворачиваясь из его захвата.
Убирая руку, он скользит пальцами по груди, цепляя сосок, якобы случайно, от чего я вздрагиваю. Или я себя накручиваю и это действительно получилось случайно… не знаю, но глядя на довольную морду Масанова, появилось стойкое желание заехать ему чем-то тяжелым.
И почему я так остро на него реагирую, стоит мне оказаться возле мужчины?! Это явно не тот мужчина на которого стоит ТАК реагировать.
Все, с этого дня ношу лифчики с сантиметровым поролоном, не хватало мне еще светить возбужденными сосками на весь клуб.
Со временем я начала привыкать к легким касаниям мужчины и перестала заострять на этом внимание.
Он избавлял меня от проблем и не требовал ничего взамен, меня это устраивало, да и к хорошему привыкаешь быстро. Руки не распускал, ну или почти не распускал, по крайней мере это всегда выглядело случайностью.