— Я все устрою, мэм! — Хантер вытащил полицейский жетон и положил его в бардачок. — Это будет моя частная инициатива. После смены я могу зайти к вам?
Их глаза встретились, и сержант с радостью отметил, что голос инспекторши дрогнул.
— Да, Макс. Буду рада тебя видеть.
***
Мишель добралась до Парк-Авеню совершенно измученной. Судя по дрожи в коленках и не проходившей слабости, доза электромагнитного излучения оказалась неожиданно большой. Вообще многое оказалось не так — очень уж громко и сильно. Как если бы акуститель, до этого пиликавший тихую музычку, вдруг выдал бы порцию улетного космик-метала.
Да, в этот раз ощущения незабываемые. Но и платить пришлось по гамбургскому счету. Она проспала двенадцать часов, приняла все медикаменты, положенные после сеанса, сделала себе гранмоскопическую терапию, но слабость не отпускала.
Наклонившись, чтобы выйти из пассажирского вагона авиатрансфера, Мишель практически выползла на тротуар. Остановка располагалась недалеко от гостиницы. Нужно всего лишь обогнуть невысокое здание и перейти дорогу. Она, как пьяная, пошла вдоль тротуара и почти сразу же стала искать глазами место, где можно присесть. Улица пошатнулась. Может, девчонка и устояла бы, но какой-то человек, выскочивший из арки, чуть не сбил ее с ног.
Она даже не успела обернуться и обозвать его мудаком. Слишком неожиданно возник этот тип, очень быстро Мишель полетела на землю, и совсем близко оказалось лицо подхватившего ее человека.
— Китт?!
Девчонка удивленно спросила:
— Ты откуда?
В принципе, Китт мог взяться откуда угодно: он мог идти за покупками, или просто гулять, пить пиво в баре через дорогу, заскочить в магазин за молоком…
— Я… мне… эмм… — Верзила смешно топтался вокруг контейнера-автомата.
Ноги совсем не держали, и Мишель прислонилась к металлической ограде перед небольшим магазинчиком. Китт суетился, поддерживая ее то под один, то под другой локоть. Наконец успокоился и попытался объяснить причину своего появления здесь. Впрочем, довольно неуклюже.
— Очиститель ржавчины? — Мишель вздохнула. — В девять вечера! Ох, Китт. —
Девчонка потянула его за рукав к себе.
— Опять встречаешь меня?
Китт резко отвернулся, будто от порыва ветра.
— Смешной ты парень… Но сейчас твоя помощь, в самом деле, понадобится. Что-то я неважно себя чувствую.
На лице девушки явно читались признаки наступившего нездоровья. Оно стало серым, хотя, возможно, это фальшивил свет аргоновых фонарей. А вот распустившиеся узоры кровеносных сосудов…
— Здесь чешется? — спросил Китт, показывая на свое лицо.
Мишель схватилась за щеку.
— Да, а откуда?..
— Закройте глаза, мисс, и попытайтесь надавить мизинцами на веки.
— На твои?
Девушка улыбнулась, но Китт почему-то оставался серьезен.
— На свои, мисс… разрешите…
Он потянул вниз ее непослушные, будто заклинившие, веки. Потом отпустил.
— Закройте глаза и надавите мизинцем на глазное яблоко. Хотя бы одной рукой.
В наступившей темноте слова казались громоздкими и какими-то чужими.
— Хорошо, Китт, — превозмогая невероятную тяжесть, кивнула Мишель.
Она послушно выполнила его приказание, но подушечки пальцев неизменно упирались то в лоб, то в подбородок, то вообще в ухо.
— Чертовы пальцы, — открыв глаза, девчонка рассматривала свою ладонь.
— Электромагнитная сверхдозировка, мисс. Вы принимали цитостон?
Совершенно сбитая с толку, Мишель изумленно кивнула.
— Это хорошо, мисс, иначе вас пришлось бы госпитализировать. Я проведу вас. Ваше официальное местопребывание?
«Он рехнулся?! Или…»
— Китт, — Мишель щурилась от красных кругов перед глазами.
Из дверей магазинчика вывалилась шумная компания, хлопая жестянками с пивом.
— Китт! — девушка потянулась к верзиле.
Протирая глаза и отряхиваясь, как попавшая под дождь дворняга, перед ней стоял прежний Китт. Глядя на девушку, он улыбался привычной глуповатой улыбкой. Девчонка вздохнула.