«Хватит, Рэнда!»
Ответом послужил звон упавшего бокала и короткая боль в ладони. Видимо, потеряв контроль, она сильно ударила по столу.
Удар вызвал небольшой переполох в радиусе соседних столиков, зато помог Китту Роджерсу. Увидев «свою» Мишель в более привычном формате, он расслабился, налил даме воды и откинулся на мягкую спинку. «Юная мисс» подмигнула и Китт, окончательно успокоившись, начал вспоминать предшествующие этому вечеру события…
Мишель появилась у него после обеда. С букетиком цветочков и в легком, голубеньком платье. И еще были на ней чудные какие-то сапоги с длинными языками. Когда она захотела разуться, Китт попросил этого не делать — потому что красиво. Девчонка удивилась, впрочем, тут же потребовала объяснений, что именно красиво: ноги или боты? Ему нравилось в ней все, вплоть до шнурков, поэтому признаться в том, что ноги нравятся больше, не смог. Тогда она поставила перед зеркалом ногу на пуф и, подтягивая вверх платье, еще раз спросила, что именно лучше.
Китт спасся бегством на кухню.
Там он был главным. Власть девушки заканчивалась у входа в эту комнату, и Китт кормил и поил ее, порой заставляя и приказывая. Он налил тарелку своего необычного супа — холодного, на молоке, с варварски перемешанными овощами и жареной рыбой. А на второе Китт притащил мясо на сковородке, но бифштекс девчонка решительно отвергла.
— Китт, ну просила же, не покупай пластмассу!
Вилкой она подцепила рыхлый, не очень вкусно пахнущий кусок псевдоорганики.
— Этой дрянью ты ДНК-карту за год себе угробишь.
— Тогда картофель, мисс. Самый лучший. Настоящий, у Джуно только настоящий.
На секунду Мишель задумалась.
— Нет! Есть мы не будем.
— Юная мисс хочет диету?
— Не-не-не. Диетой пусть мучаются другие. Мы… мы пойдем в ресторан.
Китт взял с подоконника листовку рекламы и заглянул на обратную сторону. Там было много строк — читая, парень собирался с мыслями. Он колебался: успев сообразить, что в голову Мишель пришла очередная сумасбродная идея, Китт оценивал исходящие угрозы.
— Мисс… мне кажется… я не буду удачным спутником… для вас.
— Глупости, Китт. У тебя костюм есть?
Костюм у него был. Почему-то Китт называл его «гражданским». Насторожившись в отношении этого слова, девчонка вытащила из шкафа серо-голубой классический костюм.
Ничего. Фасон чуть старомоден, но чистая шерсть и в таком покрое хороша.
— В общем, нормально. Одевайся.
Безделушка, прицепленная к пиджаку, привлекла ее внимание. То был серебряный, не больше ногтя значок — стрела в виде треугольника на голубой эмали щита. И хризантема внизу. О назначении этого предмета Китт ничего внятного не сообщил — проблеял что-то и помотал головой.
«Ладно, хрен с ним. Он-то и про костюм не может вспомнить…»
Мишель забрала с собой сорочку — погладить — и вернулась такой убийственно красивой, что Китт языка лишился. Так и стоял столбом, пока девчонка тормошила его, застегивала и вынимала из петли, в которую он умудрился превратить обычный галстук. Он потихоньку возносился к небу и думал, что именно так умирают космонавты, попавшие в пещеру к венерианским феям…
— …Китт, эй! — Мишель щелкнула пальцами прямо перед его носом. — Ты где?
Парень сморщился, будто кот, нюхнувший бензину.
— Все в порядке, мисс. Я… вспомнил галстук. Как вы помогали мне… освободиться.
— Да уж. Ты был неподражаем. Мы когда-то ловили енота на петлю…
Спохватившись, она улыбнулась и положила свою ладонь на руку парня. Бедняга перестал дышать. Осторожно коснулся маленькой ладошки, но это короткое касание показалось ему дерзким и вызывающим. Припомнился случай, когда он так же «отличился». Это было, когда Мишель в первый раз оказалась в его номере. Она пришла с поломанным утюгом и, пока он разбирался с термоэлементом, бросала косые взгляды на стену. Когда он вспомнил, что им было написано на стене, было уже поздно — девчонка любовалась корявыми буквами, составлявшими ее имя. Хорошо, хоть не схватил тряпку — вытирать...
Сконфуженно моргая, Китт положил на стол пачку сигарет «BONA», самых лучших, какие можно найти в Нью-М-Стеллсе.