- Записал, пробью... Что еще?
- Эта группа офицеров, как оказалось, осуществляет охрану аж целой княгини Гедройц Марины Леонардовны...
- Что-о-о-о!!!
- Что-то не так, тащмайор?
- Как раз все очень даже так, об этом потом и премия тебе гарантирована. Продолжай!
- С ними в компании племянница подполковника - Ольга Александровна Усатова. Как было сказано, она с ними случайно, вихри революции, все такое...
- Понятно, жалко зверушку стало....
- Слышь, майора, мля, прямоходящая! Вот вернусь - в глаз дам!!! И плевать на все!!!
- У-у-у, как все у тебя запущено... Прими тогда извинения...
- Добро. Тогда не в глаз, а в ухо, но два раза...
- Зараза какая... Что еще?
- С местом дислокации договорился, с быстрой маскировкой помогут, благо Карцев - сапер. Если смотрел на карте, то очень удобное для обороны по земле. Но мне бы сюда все равно сигнализаций всяких разных для ближнего и дальнего рубежей, и хорошо бы ПЗРК с десяток-другой. Реально?
- Хомяк!!! Спрошу спецов...
- И скажи мне, тащмайор, кто там такой умный 30-миллиметровые пушки мне на машину воткнул и предложил у «местных» пополняться?
- А что такое?
- А то, что калибр 30 миллиметров в СССР только в 1975 году появился! Я только вчера вспомнил...
- Мать%@$#ыйбардак!!!
- Вот и я о том же...
- Поставил их в список первоочередного пополнения. Еще чего?
- Хорошо бы пару снайперок...
- Эй! У тебя там племянница на горизонте! Зачем тебе еще и снайперки? Да еще и две сразу...
- Майора! Не дури, мля - заржал я - Я сказал снайперки, а не снайперши... Винтовки мне нужны и запас патронов к ним. И баллистол еще - тут дохрена оружия обслуживать: ружья, винтари, пулемет... Кстати, пулемет - Льюис... К нему тоже запас патронов нужен. Только не «зажигалки», тут лес кругом. А бронебойные хороши будут...
- Подумаем... Следующий сеанс завтра в это же время. Семь три.
- Семь три... (щелк)
Разумеется, при сеансе связи никого другого не было. Я не предлагал, а никто и не навязывался с требованием. Все прекрасно понимали, что у меня свои задачи и наши интересы просто-напросто удобно для всех совпали параллельными курсами. Но после разговора с майором я таки доложил офицерам, что некоторые вопросы безопасности их и деревни в целом будут улучшены, если, конечно же, позволят технические возможности по передаче всего для этого необходимого. Ну, а не получится, то будем обходиться своими силами, которые, как все поняли, и без того достаточно велики.
И очень мне хотелось вылететь на охоту. Но приказа майора не было, да и площадка для машины была еще не обустроена. На проектирование ее маскировки Карцев запросил день. Владимир Алексеевич же провел беседу с местными мужиками, коих оказалось числом одинадцать и объяснил им выгоды от сотрудничества со мной. А хозяевам покосов на лугу, занятых вертолетной площадкой, было разъяснено особо, что или покосы или жизнь, их и их семей. Причем жизнь отнимем не мы, а пришлые немцы или полицаи. А мы только защищаем. И пообещали так же всемерную помощь сеном, для чего я озадачил Андрея Сергеевича еще и изобретением захвата для сена, которое планировал летать и иногда уворовывать у немцев. Уж гужевой тяги у врагов было ничуть не меньше, чем у наших. С захватом не торопил, но и попросил не затягивать. Получится - хорошо. Не получится - вертолет не весь луг занимает, косить все равно остается где. Тут просто сушить сено неудобно - от воздушного потока с лопастей оно разлетается во все стороны.
Любопытно, что про начало войны уже неделю в Дьяконово не знал никто. А никому не нужно было в село. И пролетающие чуть в стороне самолеты никого не смущали. Ну стало их больше, значит, так военным надо, их-то не касается. Поэтому, дополняя амелинский разговор с селянам, мне пришлось проводить этакую политинформацию. В которой я обрисовал гитлеровский план «Дранг нах Остен». Как и ожидалось в него не поверили, прежде всего, офицеры и княгиня с Ольгой. Не укладывалось в их глазах, что цивилизованные немцы способны такое придумать. Крестьяне же поверили все сразу. Некоторые из них воевали еще в германскую, кто-то в Гражданскую, и насмотрелись ужасов больше чем надо. Офицеры же, хоть и были на германском фронте, но в мясорубках им поучаствовать не довелось. Т.е. у них восприятие войны было несколько иное, более, я бы сказал, инфантильное. Чтобы привести их в чувство реальности, мне пришлось запросить у майора закачать в планшет кинохронику Великой Отечественной и надо было видеть побледневшие лица двоих женщин и посуровевшие враз лица троих мужчин, после просмотра этого видео. Еще я пообещал поймать радио с выступлением Гитлера или Геббельса, которое все пятеро, прекрасно знающие немецкий язык, могли послушать в оригинале. Сложность была в том, что мне не было известно расписание их вяступлений, но сталинское «Братья и сестры» я гарантировал послушать, так сказать онлайн, 3 июля. Благо оставалось уже недолго.