- Мы можем пойти ва-банк...
- Каким образом?
- Собрать в одном месте несколько тысяч заложников, военнопленных и сообщить бандитам, что они будут расстреляны.
- А Берлин? От нас с вами ничего не останется, если они в ответ атакуют Берлин, Гюнтер!
- Нужно обставить дело так, чтобы бандиты попытались их отбить. И тогда нарвутся на засаду зенитной артиллерии. Несколько десятков зениток разного калибра распределенных по району казни в радиусе пяти километров. Какими-бы они ни были неуязвимыми, но в эти сети хоть один самолет должен попасться.
- Вы думаете, что это самолеты?
- Да, предполагаю, что бандиты используют какие-то очень маневренные низколетящие самолеты, но оснащенные мощным вооружением.
- И, при этом, пилоты обладают невиданной меткостью сбивать наши самолеты с очень большого расстояния?
- Возможно идея osoaviachim принесла русским свои плоды.
- Хм... Организация призванная под благовидным прикрытием воспитывать берсерков? И в Аненербе это проспали?
- Возможно Рейхсминистр имел какую-то информацию.
- И потому они его убрали первым и показательно. Там, вы помните, тоже все очень необычно - диверсанты, которых никто не видел... А почему радиус засады 5 километров?
- Мы исходим из того, что бандитами применяются привычные им реактивные снаряды РС-82, но с начинкой повышенной разрушительной мощности. Дальность этих снарядов около 5 километров. Можно предположить, что атаковать они будут в первую очередь полевой лагерь коллаборционистов, которые должны охранять заложников на ближнем радиусе от места расстрела и производить сами расстрелы непосредственно.
- Наших солдат там не будет?
- Только в оцеплении дальнего радиуса. Плюс там будет какое-то количество зенитных расчетов. Непосредственно приманкой они не будут. Но могут пострадать несколько офицеров, руководящих коллаборционистами.
- А что батальон Дирлевангера не у дел?
- Хорошая идея, герр оберштурмбанфюрер! Мы об этом не подумали.
- Используйте, для охраны внешнего периметра и руководства коллаборантами...
(в реальности «Особый батальон СС Дирлевангер» - карательное штрафное подразделение сформированное из германских уголовных преступников, на момент повествования численность как раз и составляла батальон - прим. автора)
- Яволь, герр оберштурмбанфюрер!
***
Скажу сразу, что в Дьяконово все без исключения мои соратники осудили сожжение Кюстрина вместе с его жителями. И я их понимаю. Но поделать уже ничего не мог... Да и не хотел, если честно, после увиденного у железной дороги...
Однако, жизнь и война продолжается. И мы учли возможное наличие заложников в поездах. И потому я стал бить только по паровозам, а диверсанты с бойцами уничтожать цели на земле такие, как места дислокации, ремонтные базы, посты фельджандармов и уже сформировавшиеся к тому времени подразделения полицаев. Как на постах, так и отстреливая их в любом месте, где удастся подловить с возможностью безопасного отхода. И таких вариантов было очень много, лес - друг диверсанта.
Придумали мы и способ доставки диверсионных групп численностью до 4 человек. Четыре бойца, но без оружия, чтобы не отнимать места, укладывались в транспортные контейнеры. А их снаряжение, припасы, взрывчатка и оружие подвешивалось снаружи в прочных мешках сделанных из тентов немецких грузовиков. Эти мешки подвешивались очень умело, так чтобы воздушный поток не смог их банально сорвать. И мой вертолет напоминал среднеазиатскую арбу. Над чем мы посмеялись, а хозяйственный Чекашкин предложил стырить у полицаев корову, подвесить ее под машиной и прилететь ее в Дьяконово. Однако, идея согласия не нашла и только потому, что полицай, потеряв свою корову, отберет такую же у любой соседки. А так, что корова - полтонны, что две «двестипятидесятки» - полтонны... Мне никакой разницы. Только корова с воздуха весь лес... эээ... удобрит... :)
И тут 10 октября я получил радио... Дескать начиная с 17 октября в урочище Борейки будут расстреляны 20 тысяч человек и это ответ за атаку на Кюстрин. Око за око, так сказать. Баш за баш... 20 тысяч за 20 тысяч... При этом мне прямо сказали, что Берлин прикрыт ПВО и за любую атаку на него будет проводиться тотальная зачистка территории Белоруссии от местных жителей.
Хм... Ставки выросли, что называется... В Берлине на тот момент жило 4 миллиона человек, в Белоруссии к началу войны - 9 миллионов. И я понимал, что мой понт про Берлин у немцев не прошел. Но рисковал неповинными белорусами. Им и так в моей реальности досталось - погиб каждый четвертый житель республики. Вы только представьте! Четверть генофонда! Кстати, напомню, генофонда, по сути, идущего от рода Гедройцев...