- Да, эта мазь хороша, но... Всё правильно - и это тоже надо было. - Она вздохнула и откинулась на своём сиденье. - Правильно тебя лечили. Только не в лечении дело, а в тебе самом.
- Это я знаю, - бесстрастно сказал успокоившийся парень. - И что? Совсем не поможете?
- А чего тебе помогать? - спокойно переспросила женщина. - Пока сам себе не поможешь, никто не сумеет вытащить тебя. Ты так глубоко спрятался, что тебя и не разглядишь. Вылезай давай. Тогда и лечиться не придётся. Ты ведь понимаешь, о чём я?
- Понимаю, - с небольшой усмешкой отозвался Ферди.
- Думал, снадобья дам - пить будешь? - снова наклонилась к нему Мадди, и он почувствовал запах сушёных трав. Запах почувствовал, а насмешки не услышал.
- Думал, - подтвердил он.
- Не дам, - заявила Мадди. - Тебе сейчас вообще ничего не надо. Одно только - жить. Вот и живи... Ладно, поднимись со мной к этим хулиганам. Думаю, на твою долю оставили киселя.
Он-то хотел выпить, чтобы не обижать хозяйку, но, когда распробовал, оторваться не мог, пока всё не выпил. А потом чуть не засмеялся: а ещё удивился - при виде Лары и её братьев, которые сидели на скамьях вокруг стола с кувшином киселя и, вздыхая от удовольствия, гладили животы. Когда он напился и поблагодарил хозяйку, вся компания вышла на улицу и собралась провожать Ферди до террасы. Причём Колдер сначала куда-то вперёд убежал, а потом вернулся и потряс Ферди руку, серьёзно заявив:
- Если бы не ты, Дин, нам бы до Рождества этого киселя не видать!
- А тебе понравился кисель Мадди? - поинтересовалась Лара.
- Понравился.
- Дин, не скажешь? Ничего?
- А ничего и не было сказано, - задумчиво объяснил парень. - Кроме того, что я уже знал. Другое дело, что иногда надо напоминать об этом.
- О чём?
- Ну... О том, что жить надо.
По дороге выяснилось ещё, что у всей компании есть свои лошади. Ну как - свои? Родительские, конечно. Когда узнали, что Дин не умеет ездить верхом, немедленно предложили уроки с завтрашнего дня. А Ферди задумался, что во время уроков неплохо бы доехать до Дома Отшельника. С компанией же. Когда он высказал своё заветное (заветное было придумано только что) желание, парнишки переглянулись. На лицах ясно было нарисовано: а почему бы и нет?
12
А что? Время детское.
Сначала Ферди даже оторопел, когда братья Лары, мгновенно договорившись между собой, умчались в лиственную темноту за лошадьми. Он шагнул было следом, чтобы крикнуть, напомнить: "Но я не умею верхом!" Как вдруг понял, что они сделали: оставили его наедине с Ларой! Ну и с Региной тоже. Но сенбернар будто знал, что придётся ждать. Улёгся сбоку от тропы, а Лара огляделась и присела на ствол дерева, чуть светившийся (для глаз Ферди) от старости и почти вросший в землю.
- Посидим? - предложила девушка. - Они не скоро вернутся.
Он помялся, но пристроился рядом. Лара немедленно подвинулась к нему. Озадаченный: легкомысленная? Вертушка, как мама говорила? - он снова увидел, как мягко тянутся к нему отчётливые линии её внимания. И вдруг с теплотой вспомнил, как она жадно целовала его, уже зная, как безобразно выглядит его лицо.
- Посидим, - согласился он и, поколебавшись, обнял её за талию. - Ты и твои кузены бегаете по лесу ночами. А как же вы днём? Деревня же. Работы, наверное, много?
- Да мы же не каждую ночь... А так... Конец июня, - сказала девушка, со вздохом прислонившись головой к его плечу. - Затишье. Разве что в огороде повозиться. Да и спим мало. Мне хватает утром нескольких часов да днём подремать час. Родители не дёргают. А когда фрукты-овощи пойдут, вот тогда на кухне буду дневать-ночевать. Мы заготавливаем много. Горы близко. Зима хоть и короткая, но холодная.
- Расскажи мне про Дом Отшельника, - попросил он. - Ты с кузенами часто туда наведываешься?
- Я бы ездила чаще, - призналась Лара. - Мне там нравится. Но мальчики там не очень любят, а я без них боюсь по лесу.
- А почему они не любят?
- Ну, они говорят, что им там постоянно в затылок смотрят. А мне кажется, в доме очень уютно.
- Подожди! Так вы прямо в дом заходите? - удивился Ферди. - Там вообще никого нет, что ли? А кто его охраняет?
- Мадди говорит, что дом сам себя сторожит. Чужих не пускает. Чужаков рядом бывает много, но не всякий осмелится войти в дом. Наши деревенские рассказывали, что внутри холодно и страшно. А я бы там жила - так уютно в этом доме!
Странное впечатление от разговора. Сначала Ферди чувствовал себя неловко и старался говорить, спрашивая вроде как даже по делу. Наверное, сказывались три года одиночества. Однажды даже промелькнуло удивление: мать не вмешивалась в дела баскетболистов, и на свободе Ферди позволял себе то же, что и ребята из команды, - лёгкое, ни к чему не обязывающее общение с девочками-болельщицами. Ну, пока не появилась Регина, разогнавшая всех студенток, которые хотели стать подругой капитана престижной команды. Попытавшись говорить легко с Ларой, убедился, что практики общения у него точно маловато.
Но, едва беседа коснулась Дома Отшельника, у Ферди появилось ощущение, что он и Лара говорят о чём-то близком им обоим. И поймал себя на мысли, что все её слова примеряет к Дому Отшельника - с точки зрения выпрошенного сна. Предок Тиарнак стал отшельником и построил дом, где жил в полном одиночестве, потому что потерял любимую. Лара - копия девушки из сна. Неужели...
А потом, когда вернулись кузены Лары на лошадях, парня ждало ещё одно личное потрясение. Судя по не очень обидным шуткам и подначкам ребят, он, будучи городским человеком, должен был быть очень неуклюж, пытаясь освоить верховую езду. К их и своему изумлению, едва он сунул ногу в стремя, как неожиданно легко, будто машинально, перекинул ногу, чтобы оказаться на стареньком седле. Такое впечатление, что он когда-то уже учился ездить на лошади! Лошадь была смирная и спокойная, и Ферди первые секунды словно прислушивался к тому, как она шагает. Наконец он осторожно расслабил судорожно было прижатые к лошадиным бокам ноги и понял, что его больше не смущает поза, когда ноги распялены по крупному телу животного.
- Ты уже ездил! - чуть не обвинил его Колдер.
- Нет, я...
- Я к тебе! - сказала Лара.
Вард, не дожидаясь, пока парень ответит, подсадил её назад. Девушка немедленно обняла Ферди за пояс и, благо темно, потёрлась щекой о его спину.
Сенбернар воспринял хозяина на лошади как нечто само собой разумеющееся. И спокойно помчался рядом.
На этот раз Ферди и Лара оказались позади всех, потому что следовали за ребятами, знающими дорогу к Дому Отшельника.
Каждая ночь как откровение!
Оказывается, удобней пересечь владения де Виндов на лошадях не потому, что они быстрей, а потому, что на них легче переходить вброд неглубокие, но многочисленные лесные речки. Хуже всех пришлось Регине, но на бродах, чтобы не отставала вплавь, её, свесившись с седла, тащили по воде за шкирку парнишки - в основном Рик, которому собака доверяла.
Мокрые ноги Ферди не смущали - джинсы засучил и ботинки снял с первого же раза, когда пришлось переходить брод. Он радовался, что ночной лес пролетает мимо, что ветви деревьев порой резко и хлёстко свистят, задевая на ходу, что можно чувствовать прижавшуюся к спине девушку, которая доверилась его внезапному умению держаться в седле... И он улыбался, ощущая неслыханное ранее впечатление странной свободы!
Спешиться пришлось, не доезжая до Дома Отшельника.
- Почему? - удивился Ферди.
- Дорога плохая, - сказал Вард, привязывая повод своей лошади к обломанному суку дереву при тропе. - Там всё заросло, а после сильных дождей камни разбросало. Лошадей жаль... Да ты не бойся. Идти недолго. Подняться на площадку, а дальше - сам увидишь. Только мы с тобой не пойдём. Лошадей сторожить пока будем. Вон, Лара тебя проводит. Она это место знает. А дом её любит.