В том месте, где ухватилась Эриас, рука Принца была сломана. Хотя он и испытал огромную боль, но выдал всего лишь сдавленный выкрик, что немного удивило Эриас. К молодой герцогине тут же подбежали ее верные слуги, готовые вступить в бой в любой момент, если потребуется.
Все гости были поражены внезапным выбросом накала страстей, только вот среди всех был тот, кто совсем не выглядел удивленным.
[— Отлично, они повелись на ловушку, правда я ожидал, что в нее угодит сама герцогиня Сирена Шориан, а не эти жалкие зверолюди. Ну, ничего не поделаешь, придется использовать то, что есть.] — как можно более правдоподобно изобразив гнев, с этими мыслями Элдмунд III резко встал со своего места.
— Как это понимать?! — свирепо рявкнул король. — Как смеет, какая то жалкая шавка прикасаться к моему сыну.
— Уж, кто бы говорил о прикосновениях, ваш сын в них просто мастер, — заговорила в ответ Эриас, все еще удерживая Грегори.
Король же в душе просто ликовал, эта девушка из дерзких, как раз то, что нужно, дабы разжечь пламя конфликта. Делая вид, что он игнорирует слова Эриас, Элдмунд III обратился напрямую к Сирене:
— Извольте объясниться герцогиня Сирена Шориан. От ваших слов зависит жизнь этой шавки! — указывая пальцем на Эриас, король требовал ответа.
— Это мне стоит спросить у Вас, почему третий принц Грегори Фон Де Мариан попытался оскорбить целомудрие моей дочери у всех на глазах! Моя дочь не одна из тех женщин борделя, а что касается ее стража, она поступила с доблестью, как и подобает преданной слуге.
[— Это я-то слуга?] — мысленно возражала Эриас на слова герцогини, но в голос ничего не произнесла.
К этому моменту подоспели королевские рыцари и обступили Эриас со всех сторон. Только вот девушка не паниковала, наоборот, на ее лице расплылась холодная улыбка, значение которой очень хорошо знала лишь Диормика. Кстати именно поэтому она и стала, немного пятится назад, не забыв прихватить с собой и Хоши, которая в свою очередь уплетала вкусности, благополучно забыв про реальность.
Гости, боясь быть втянуты в перепалку между двумя самыми могучими семьями, поступили по примеру Диормики и отошли к краям зала.
— Я вот все думаю герцогиня, почему вы к этому моменту все еще не объявили о помолвке между моим сыном и вашей дочерью, — продолжал гнуть свою палку Элдмунд III, благополучно игнорируя слова Сирены. — Если рассматривать с другой стороны, мой сын имеет полное право прикасаться к своей будущей жене, не так ли?
Как только речь зашла о помолвке Лориэль сразу же потупила голову. Она и так чувствовала себя виноватой, а тут еще и вопрос помолвки стал ребром. Хуже уже быть и не могло. И тут на помощь подоспел ее младший брат Дери Шориан. Он нежно положил руки на плечи Лориэль и ласковым спокойным голосом произнес:
— Сестренка, ты не сделала ничего плохого, позволь мне позаботиться о тебе.
— Но, но…
— Помолвка расторгнута! — громко произнесла Сирена Шориан. Любой, кто находился в зале, мог четко расслышать эти слова. Они словно гром среди ясного неба ошеломили всех дворян. Те немногие, кто знал о помолвке были шокированы, а что касается большинства даже не подозревавших о цели данного праздника так и совсем чуть было в обморок не попадали. Подумать только, объединение двух самых сильных семей! Это была просто сверхъестественная новость.
Услышав заявление матери Лориэль не смогла сдержать слез. В уголках ее глаз заблестели маленькие капельки. Она с большой благодарностью посмотрела на свою гордую мать, которая улыбнулась ей в ответ самой теплой материнской улыбкой.
— Ну же, сестренка пойдем со мной! Положись на брата. Нам лучше уйти, а остальное оставь на наших родителей.
— Угу, — согласилась Лориэль, получив одобрительный кивок от отца и матери, и последовала за братом, благополучно покидая это место. Так же за ней удалились и ее слуги в лице Норн, Нэн, Сибил и Люциана.
Элдмунд III не стал препятствовать уходу молодой герцогини, он только презрительно ухмыльнулся, а затем продолжил нагнетать атмосферу.
— Вот как! Мало того что вы осмелились укрывать эту шавку, так еще и вознамерились опозорить достоинство королевской семьи? Я полагаю, что преданность королевству и самому королю у линии Шориан подверглась гниению.
— Хм, так вот каково ваше видение? — послышался голос женщины из-за спины Сирены. — 500 лет верности королевству ничего не значат в глазах нынешнего короля? Может, вы просто видите угрозу вашему положению в моей госпоже?
Говорившей была одна из телохранителей Сирены. У нее был взрывной характер, поэтому она никогда не сдерживала себя в высказываниях. Медленной походкой она поравнялась с Сиреной. Ее рука лежала на рукояти тонкой рапиры, а указательный палец легонько постукивал по лезвию.
— Может…
— … Ваше Величество, Элдмунд Фон Де Мариан III уже не тот, что раньше?
Внезапно в девушку на огромной скорости устремилась проклятая лоза, однако ей не суждено было достичь цели. Звонкое динь, и лоза улетела в потолок, попутно разлетаясь на кусочки. Что касается девушки, то она была цела и невредима, а ее рука была поднята вверх, удерживая рапиру, охваченную бирюзовым свечением.
— Герцогиня, у ваших слуг нет ни капли смирения и покорности, они все одинаковы как на подбор, такие же, как и та шавка, посмевшая поднять руку на моего сына. Животные — нет другого слова, которое могло бы их столь четко описать, — говорил король с полным гнева лицом, опуская свою руку, вокруг которой только что рассеялась магическая формация призыва.
Герцогиня тяжело вздохнула, ее лицо накрыла тень печали и разочарования. Она хотела сделать шеснадцатилетие своей дочери незабываемым праздником, однако все пошло по худшему сценарию из возможных. Она понимала, что король намеренно разжигает конфликт, учиненный его сыном, который, почему то молчит в тряпочку. Однако Сирена не могла найти причины, по которой нынешний король так поступал. 500 лет мирного сосуществования двух могущественных семей, внезапно подверглись испытанию.
— Я не знаю, чего добивается Ваше Величество, однако вам стоит учесть тот факт, что семья Шориан никогда не была слугами правящей семьи. И ваш отец Элдмунд II прекрасно понимал это. Поэтому сегодня я советую Вам покинуть провалившееся празднество из-за уважения к вашим и моим предкам, которые всеми силами поддерживали мирное сосуществование и вместе защищали границы их дома, королевства Рондарион. Я закрою глаза на все произошедшее и забуду обо всем, словно сон, сегодняшнее мероприятие я объявляю законченным!
После слов Сирены большинство дворян решило удалиться. В основном это были те, кто придерживался нейтралитета, и они не хотели, что бы их сыновья и дочери, которые приехали вместе с ними пострадали.
[— Да как она смеет упоминать при мне наших предков. Это те, которые до усрачки боялись этого, так называемого наследия? Те, которые по ночам тряслись от малейшего дуновения ветерка? Ну, уж нет. Я положу этому конец, только одна семья останется с огромной силой, и это будет королевская семья Фон Де Мариан.] — сильно стиснув зубы, мысленно причитал король. Он с трудом сдерживал свой гнев, уже пропитавший все его тело. Все потому, что еще было не время. Он должен был тянуть этот спектакль как можно дольше.
— Кххх! — внезапно, до селе молчавший принц, дьявольски улыбнулся. Его голова повернулась под неестественным углом, а в глазах пылала ненависть. Его кожа резко приобрела синеватый оттенок, а из его глаз внезапно пошла кровь. Он за считанные секунды превратился в нечто ужасное, словно этот юноша был и не живой вовсе.
— Эй, старик! Хватит уже разводить этот показушный спектакль, ты сработал на славу, — грубым голосом, совсем не свойственным ему, проговорил третий принц. — Пора приступать!
Не успели эти слова покинуть уста принца, как король разразился безумным смехом.
— Аха-ха-ха! Все законченно говоришь!!!! Не-е-е-ет! Все только начинается! Приготовьтесь ответить за свое пренебрежение. За ваши слова и действия, не уважающие Мое Величество!