– Ловлю на слове, проказница. Завтра же сватов зашлю. Чего даром такой красоте пропадать. Да ты как пушинка. Запах-то от тебя какой чудесатый, умереть – не встать! Надышусь и не понесу никуда. Встану посередине лужи и буду мечтать о нашей с тобой свадебке. Когда же ты вырасти успела, почему я этого раньше не замечал!
– Смотри лучше под ноги, жених, нанюхаешься ещё на самом деле, и шлёпнешься. Ладно, если сам, а то ведь меня искупаешь. Заболею и умру, некого будет сватать. У меня сегодня зачёт. Если не сдам – всё, хана, запросто отчислят.
– Не боись подруга, прорвёмся. Девчонок на поле боя не бросаем. Сам погибай, а товарища выручай. У меня с тобой на плечах крылья выросли. Сейчас оторвёмся от земли и полетим. Веришь?
Венька вступил в лужу, разом почувствовав, как туфли заливает талой водой, а ноги разъезжаются на скользящем под слоем воды льду в разные стороны и движение это коварное не задержать.
Никак нельзя ему перед девчонкой ударить лицом в грязь. Хотя, какая грязь, вода чистая и прозрачная, словно слеза.
– Ладно, ерунда, – подумал Венька, – ноги обсохнут. Главное, ступать уверенно, равновесие держать, и ногам не дать скользить.
Такую замечательную девчонку на закорках покатать – не труд, скорее привилегия, удовольствие.
Юноша просто физически ощутил кожей спины острые сосочки её спелой груди.
– Вот бы Леночку так прокатить.
От соблазнительного благоухания обхватившей его талию ногами феи захватило дух. Руками Венька поддерживал Люську бёдра, чувствуя, как краснеет от осознания того, что стоит на пару сантиметров сдвинуть ладони и можно запросто дотронуться до трусиков.
Не такая уж она и лёгкая, но всё равно приятно.
Лужа оказалась гораздо шире и опаснее, чем виделось вначале.
Белые носки через пару метров выглядели печально, новые брючки промокли почти до колен, зато берег в пределах досягаемости.
Вот здесь, на выходе из лужи, Венька всерьёз забуксовал.
Выбраться на сухое место не получалось, слишком скользкий подъём.
Юноша развернулся задом, чтобы хоть так высадить Люську на берег.
Девушка вытянула соблазнительно оголённые ножки, затянутые в прозрачные колготки телесного цвета, попыталась слезть, но поза оказалась слишком неустойчивой для подобного гимнастического упражнения.
Венька старался помочь, пытаясь раскачаться и оттолкнуть Люсю от корпуса, но нечаянно задел за неприкосновенную область девичьего силуэта, где-то между ног.
Подруга пискнула, однако промолчала.
– Не могу дотянуться, Вень, точно шлёпнусь.
– А ты слегка оттолкнись, только не очень шустро, за плечи мои держись, и ноги… ноги сразу ставь твёрже. Давай, у тебя получится. Вот так, молодчина. Видишь как просто.
Люся на два шага отошла от края лужи, а Венькины ноги тем временем предательски поехали назад в лужу, и возможности остановить это предательское движение не было.
Лежать на спине в ледяной луже, мало того, что неприятно и холодно, досадно и стыдно.
Испуганное Люськино лицо вытянулось, губы свернулись в трубочку. Руками она невольно закрыла рот, но отчего-то рассмеялась, правда сквозь слёзы, и начала размазывать кулаком тушь на глазах.
– Ты это, Вень, ты извини, а? Я не хотела, честно не хотела. Извини… ну, я побегу, ладно? Сам понимаешь – зачёт. Ты как, сам справишься?
– Беги уже, коза. Увидимся. Будешь должна. Только попробуй теперь сватам отказать.
Люська, послав ему несколько воздушных поцелуев обеими руками, неуверенной походкой засеменила по снегу и льду, а Венька лежал неподвижно, словно действительно наслаждался первым весенним купанием.
Прямо на него из-за леска ласково смотрело только родившееся огромное слепящее Солнце. С ближайшего кустика с любопытством наблюдала за его необычными действиями стайка красногрудых снегирей.
Надо же, а зимой их не было видно.
Венька лежал и размышлял, как встать.
Вперёд подняться не выходит, а если перевернуться, мокрый будет насквозь. Хотя, выбирать не приходится. Без того похож на мокрую мышь.
Да! Весна, однако, слишком ранняя.
Ладно. Не беда. Время ещё есть. Можно успеть переодеться. Дом рядом. Но петь расхотелось.
А в мозгу щёлкнуло, – совещание у генерального, а я ещё отчёт не распечатал. Ладно, как-нибудь отбодаюсь. Не специально же я в лужу залез. Форс-мажор даже в финансовых договорах учитывают. Просто не повезло. Судьба-злодейка – не иначе, решила меня со счастьем разлучить.
Сменные брюки он как назло вчера ещё закапал сладкими пирожками из Макдональдса. Ягодное повидло запросто не сотрёшь, в химчистку наверно придётся нести.
Есть правда ещё фирменный спортивный костюм, вполне респектабельный, стильный. Придётся нарушить дресс-код, но другого выхода нет. А сверху придётся пальто драповое надеть.