- И все же… - тихо произнесла Мари. - Почему это место значилось одним из пунктов вашего маршрута? Ведь тут нет никаких дорог. Совсем.
Иван давно ждал этого вопроса, но ответил не сразу. Вначале достал термос и сверток с едой, положил на плоский камень. Потом ещё раз глянул в сторону Шаман-горы.
- Потому что мы собирались заехать сюда. Ещё год назад решили, что надо посмотреть, что там, наверху. С тех пор, как не стало шамана, к его хижине никто не осмелился приблизиться. И Марк считает, что там должно было кое-что остаться, ведь при камлании используется довольно много предметов. А к таким вещам у коллекционеров большой интерес.
Марианна смотрела на него в упор, не зная, что сказать. Оказывается, её проводник - самый банальный мародер! И его цель - утащить с горы то, что осталось после смерти старого шамана - бубен, посох, колокольчики, чашу для огня или что там у него ещё было, у этого языческого колдуна.
Троицкий отстраненно наблюдал, как меняется выражение лица его спутницы. Он предполагал, что она отнесется к его словам именно так, но все же почувствовал некоторую горечь. И все же лучше сразу сказать правду и расставить все точки над «и». Он - не рыцарь на белом коне, он всего лишь человек, преследующий свою личную выгоду. И в таких делах не стоит играть в благородство и бескорыстие. У неё своя цель, у него - своя.
Она промолчала - какое ей, собственно, до всего этого дело? Ещё два-три часа, и они доберутся до вершины. А потом она наконец-то отдохнет от этого типа. Будет сидеть на горе и смотреть в небо. Впервые в жизни у неё будет возможность просто смотреть, как день сменяется вечером, а ночь - утром.
***
Перекусив, они продолжили путь, и достигли подножия Шаман-горы. Всю дорогу молчали и старались даже не глядеть друг на друга. Троицкий отчаянно злился. А Мари словно настраивалась на предстоящее одиночество. И так преуспела в этом, что скоро уже ей не терпелось послать Ивана ко всем чертям.
- Отсюда придется пешком, - когда подъем стал слишком крут для лошадей, буркнул Троицкий. - Метров шестьдесят осталось.
Они находились чуть ниже того места, где начинался мертвый лес. Снизу хорошо были видны серые сухие стволы. Когда-то эти деревья росли на почти голом камне, но росли, достигая приличных размеров, а потом все разом засохли. И ещё тут царила совершенно невероятная тишина - до звона в ушах, словно все живое бежало, боясь тоже превратиться в сухие останки.
Марианна спешилась, а Иван снял со спины её лошади рюкзаки и закинул оба себе на плечи. Она попыталась отобрать хотя бы тот, что поменьше и полегче, но он отмахнулся и не отдал.
Испуганно жмущихся друг к другу лошадей оставили привязанными к дереву. Подъем оказался не слишком сложен. Троицкий настоял, чтобы Мари поднималась первой, а он с кладью и карабином двигался ниже, чтобы подстраховать, если женщина сорвется. Он все ещё помнил её запрокинутое бледное лицо и каждую минуту ждал, что это может повториться. Но Марианна карабкалась вверх с легкостью - сухие, но прочные корни служили и ступенями, и, при необходимости, перилами. Подгонял азарт - хотелось побыстрее оказаться на той самой вершине, к которой она так стремилась. И даже сюрреалистический мертвый склон её не пугал.
Первое, что она увидела, добравшись до ровной площадки у подножия того самого каменного зуба, который они увидели от горелой сосны, была хижина. Очень странная и величественная - настолько, насколько может быть величественной хижина.
Её основу составляли три древесных ствола вместе с комлями, обработанными так, что походили на огромные лосиные рога или крылья хищной птицы. Два ствола образовывали вход, в виде перевернутой буквы «V», а третий наклонно опирался на её вершину и служил основанием для кровли из ветвей и коры. Эта своеобразная тренога высотой метров шесть венчалась причудливым сплетением тех самых крыльев-рогов. И от этого зрелища захватывало дух - столько в нем было дикой первобытной экспрессии.
- Ну ни фига себе… - присвистнул, опуская на камни свою ношу Иван. - Впечатляет. Я такого ещё ни разу не видел.
Сама площадка на вершине была довольно просторной - не менее тридцати метров в диаметре. В центре её из валунов был сложен огромный очаг, угли в нем превратились в черную окаменевшую пыль.
- Смотрите, - Марианна кивнула на ближайшее дерево. На его мертвые ветви были насажены два коровьих черепа с рогами. Ещё несколько черепов - коровьих, бараньих и лошадиных висели и на других деревьях. - Поразительное место.
- Страшно? - шепотом спросил Иван.