— Хочешь обменять свое серебро на еду и пиво?
— Да, поменял бы, — улыбнулся в ответ Лукойо. — Только чтобы с тарелками ты мне принесла сдачу — медные бусины, по две на каждого из нас.
— Женщина кивнула и удалилась, пробираясь между стольками к двери в дальней стороне. Лукойо проводил ее взглядом.
— Ежели бы ее вымыть да причесать, так очень даже ничего была бы.
— Ты что, ни о чем другом не можешь думать, что ли? — раздраженно проговорил Огерн.
— Лукойо только рот открыл, чтобы ответить, как от дверей послышался крик, от которого все сидевшие за столиками замерли:
— Сюда!
И все увидели пятерых воинов, которые вошли в дверь следом за стариком. Тот указывал на стол, где сидели Огерн и Лукойо. Лукойо побледнел и потянулся за ножом, но Огерн протянул руку и остановил его:
— Не бойся, это жрец из храма Ранола.
— Жрец? — Лукойо обернулся и одарил Огерна изумленным взором. — Ты что, за весь день в этом городе, где столько развлечений и радостей, нигде не побывал, кроме храма?
Нориль и воины подошли к столу. Остальные посетители расступались, давая им дорогу. Подойдя поближе, Нориль кивнул Огерну. Огерн встал и поклонился ему:
— Приветствую тебя, о мудрец!
— И я приветствую тебя, Огерн. Эти люди, которые пришли со мной, королевские воины. Они пришли, чтобы пригласить тебя в палаты короля.
— Что ж, дела таковы, что я не откажусь посетить короля, — отозвался Огерн, невесело усмехнувшись.
Лукойо посмотрел на кузнеца так, словно тот лишился рассудка, но Огерн продолжал:
— Могу я поинтересоваться, почему мы удостоились внимания короля?
— Вы только что прибыли с севера, — отвечал Нориль. — А королю оттуда поступают тревожные вести.
Лукойо устремил на жреца взгляд, полный волнения.
Огерн кивнул, догадываясь, что это за вести.
— Мы пойдем к королю, верно? — проговорил он с нажимом на последнее слово и выразительно глянул на Лукойо. — Или ты не желаешь стать гостем короля?
Лукойо смотрел на кузнеца, удивляясь тому, что Огерн способен на двусмысленность. Лукойо понял, на что намекал этот дикарь. Если он будет продолжать красть, так или иначе придется отправиться в гости к королю.
— Ну если нам отведут там жилье поприличнее, — пожал плечами полуэльф, — то почему бы и нет? Пошли.
И они последовали за воинами к выходу, сопровождаемые взволнованным шепотом посетителей.
— Как ты меня нашел, это я догадываюсь, — сказал Огерн Нориль. — Но как ты узнал тревожные вести?
— Король велел передать эти вести всем верховным жрецам разных храмов и спросить, говорили ли им что-нибудь об этом их боги, — отвечал Нориль. — Вот я и подумал, может быть, тебе что-нибудь известно о том, что творится на севере.
— Вашу тревогу вызывают вести о том, что в пути на юг находятся войска с быстрыми повозками, которые везут лошади?
Нориль уставился на Огерна.
— Значит, ты о них что-то знаешь?
— Так ведь мы поэтому и пришли в Кашало, — сказал Огерн. — Мы пришли, чтобы предупредить вас о возможном нашествии, вот только я не мог сообразить, кому сказать об этом.
— Гонцы короля сделали это за тебя, — кивнул Нориль. — И пока этим варварам до города несколько дней пути, если они будут двигаться так же быстро.
— Что ж, тогда еще есть время хоть что-то предпринять, — пробормотал Огерн. — А у короля какие намерения?
Нориль медленно ответил:
— Думаю, именно об этом он и хочет с тобой поговорить.
Король оказался мужчиной высокого роста — почти такого же, как Огерн, и такого же крепкого телосложения. Вот только вместо мехового килта на нем были королевские одежды, и еще у короля имелось небольшое брюшко.
— Так значит, ты вождь племени, — сказал король, обменявшись с Огерном рукопожатием.
Лукойо понял, что монарх знал об этом заранее.
— Да, — отвечал Огерн, — и я польщен тем, что вы знаете наш язык, о король!
— Это ты мне льстишь, — отшутился король. Вероятно, из-за того, что Огерн был вождем, король разговаривал с ним, как с равным. — Наши торговцы частенько имеют дело с племенами бири, а я стараюсь изучать языки всех племен, с которыми мы торгуем. Вот только я знаю, что выговор у меня просто варварский.
— Все равно вы преуспели больше меня, — проговорил Огерн. — Потому что я вашего языка совсем не знаю. Вот может быть, мой спутник уже успел выучить словечко-другое.
Лукойо покраснел и отвел глаза.
— Но ты думаешь, что словечки эти такие, какие нельзя произносить в присутствии короля? — усмехнулся король. — Не смущайся, друг мой, я знаю всякие слова. — Но тут он нахмурился и, поглядев на Лукойо более внимательно, спросил: — А ты настоящий бири?