— Вот уж умно, нечего сказать! — обрадовался Лукойо. — Стреляйте им по ногам!
Луки вдоль всей стены издали звонкое гудение, и ваньяры начали спотыкаться и падать, но их сородичи, на сей раз быстро сообразив, в чем дело, перепрыгивали через них и бежали дальше, опустив щиты до самой земли. Упавшие расползлись, давая дорогу соратникам, затем пытались встать на ноги, и некоторым из них это удавалось.
— И этим стреляйте по ногам! — распорядился Лукойо, но он уже понимал, что его роль в сражении сыграна почти до конца, поскольку людская волна подкатывалась все ближе и ближе к городской стене.
Гудела тетива луков, стрелы втыкались в ступни и лодыжки ваньяров, те падали, но за ними шли новые ряды варваров.
И все же число ваньярских воинов значительно уменьшилось, когда они подошли к стене.
— Лучники, назад! — вскричал Огерн. — Копейщики, вперед!
Лучники отступили от бойниц и уступили место копейщикам. Копья у них были длинные-предлинные — футов восемь. Ваньяры тем временем стали взбираться друг дружке на плечи. Для того чтобы добраться до края стены, нужно было, чтобы на плечи одного встали еще двое. Но стоило им выстроиться таким образом, как в живот того, который стоял вторым, вонзалось восьмифутовое копье, и он падал назад, унося с собой того, который стоял третьим. Стоило этому третьему подняться, как копье доставало и его. Некоторые, правда, успевали закрыться щитами. Крайне редко верхний ваньяр успевал прикрыться щитом и спрыгивал-таки на крепостную стену. Тогда копейщик делал шаг назад и уступал дорогу лучнику, а тот метко посылал стрелу, и та пробивала грудь врага. Но и тогда ваньяры продолжали сражаться, они размахивали мечами до тех пор, пока смерть не обращала к ним свой неотразимый взор. Тогда ваньяры падали вниз со стены, а кашальцы протыкали копьями тела тех, которые не успели упасть, для пущей уверенности.
Тут и там ломались копья, тут и там варвары оказывались чуть проворнее защитников города, и погибали кашальцы-копейщики, и, истекая кровью, срывались со стены, и падали на захватчиков, и сбивали тех с ног даже в миг своей гибели. А их жены подбирали копья, яростно и гневно кричали и наносили, наносили врагам удары до тех пор, покуда не настигало их лезвие ваньярского меча и они не разделяли участь своих мужей.
Но вот внезапно сражение завершилось. Ваньяры стали отступать — нет, они не бежали сломя голову — они именно отступали, по пути подбирая раненых. Медленно-медленно уходили от города ваньяры, потрясая мечами и изрыгая проклятия, призывая месть Улагана на головы кашальцев. Они уходили.
Защитники провожали их взглядом, не в силах верить собственным глазам. Но вот сначала тихо, потом все громче зазвучали их голоса, и вскоре вдоль всей стены уже гремел победный клич. Ваньяры, заслышав его, воздели к небу свои мечи и ответили горожанам воплем мстительной ярости.
— Они грозят, что все равно захватят город, — перевел крики ваньяров Рири.
— Не сомневаюсь, что они попробуют это сделать, — угрюмо буркнул Лукойо, — и очень боюсь, что они это сумеют.
— Если они снова пойдут на нас, мы снова убьем их! — ухмыляясь, заявил один из кашальских торговцев.
— Правда? — развернулся к нему Лукойо. — Ты готов заплатить за победу?
Торговец нахмурился:
— Чем за нее платить?
— Постоянной муштрой, — ответил Лукойо. — Непрерывными упражнениями, чтобы овладеть разными видами оружия — не только луками и копьями, а всеми видами оружия: пращами, щитами и мечами. Это нужно делать постоянно, начиная с детства. Вы будете вынуждены растить своих сыновей воинами чуть не с пеленок, и не только их, но и дочерей тоже! Самыми первыми их игрушками станут деревянные мечи, самыми первыми играми — игрушечные войны. Готов ты уплатить такую цену? Ты, мирный торговец?
Торговец, потрясенный до глубины души, не мигая, смотрел на Лукойо. Но вот лицо его стало серьезным, и он проговорил:
— Да, готов, потому что иначе нельзя. Разве есть у нас иной выбор?
— О да, — хмыкнул Рири. — Выбор у нас есть. Погляди на меня.
А чуть дальше вдоль по стене король схватил Огерна за руку, хлопнул его по спине и вскричал:
— Мы победили, о полководец, мы победили! Вот не думал я, что у нас это получится, а мы победили!
— Да, победили. — Огерн не смог удержаться от усмешки. — Но надо сохранять осторожность, о король. Ваньяры вернутся!
Король тут же посерьезнел.
— Конечно, они же так просто не отступятся, верно? Ты прав, мы должны сохранять осторожность.
Огерн указал вниз — туда, где около стены лежали поверженные тела.