дящему солнцу и замер. Его свет и тепло, сегодня, были не такие как всегда и наполняли тело странной, неизвестной энергией. Ее хотелось впитывать и впитывать. Пинок в спину опрокинул мальчишку. Он затравленно оглянулся. Врагов нет, просто один из проходящих охотников решил, что на его тропе, тому, кого подобрали, делать не чего. И столкнул его с дороги. Сжавшись в клубок, ребенок без имени, закатился под куст и притих. Непонятная агрессия напугала его. Но ему было не привыкать к интригам Судьбы. На своем коротком веку он повидал не мало. Смерть родителей, жестокий мир и страшный лес. Пройдя сквозь них, он ни чему уже не удивлялся. Желание жить сидело в каждой клетке его тела. И пинок лишь добавил мудрости. Находясь в безопасности, жди подвоха! Голод не заставил себя ждать. Он присутствовал постоянно, лишь изредка из постоянного переходил в почти незаметный. Охота. Только она могла накормить, рассчитывать не на кого. «Превратившись» в тень, он углубился в лес. Обоняние обострилось до предела. Но лес молчал. Близость к людям распугала всю живность. Даже птицы опасались подлетать близко к стоянке племени. Бесшумно скользя под кронами деревьев, он сливаясь с природой, двигался вперед. Шаги с перекатом ступней, которые, ощущали и «воспринимали» предметы, мягко обволакивали их и не позволяли издать хоть какой-то звук. Организм превратился в беспощадную смерть. Она искала добычу. И тут произошло нечто. Охотник замер и начал прислушиваться. Биение его сердца было громче, чем звуки окружающие его. Умерив дыхание и затаившись, он вдруг услышал. Услышал не звук, а душу леса. Не понимая, что это, он просто оцепенел. А дальше пришли образы. Они пугали. Но привычка искать добычу, держала его на месте. Инстинкты обострились, но они ни чего плохого не предвещали. Образы возникали не перед глазами, они как сны вплетались в разум и показывали. Картинки менялись, но спустя немного времени, он понял, что все, что он «видит»,происходит перед ним и на местности куда обращен его взор. Лишь деревья скрывают все это. И тут, он заметил, что прямо за двумя деревьями стоящими наискосок от его засады, юркнул заяц. Еще мгновение и он выскочит на полянку между ним и деревьями. Заяц и правда выскочил, да так удачно, что просто попал в лапы охотника. Движение рук и оторванная голова покатилась под деревья, из-за которых, мгновеньем раньше, выскочил бывший владелец головы. Юный охотник жадно пил горячую кровь и не только, вся сущность животного вливалась в него и расползалась по клеткам тела. Но ему было не до этого. Кровь наполняла желудок и убивала мерзость, имя которой, голод. Инстинкты подсказывали и он массировал тушку того что еще недавно было зайцем. Выдавливал малейшие капельки крови. Потом найдя подходящий сук, рывком вспорол живот и выдрал внутренности. Найдя печень сердце и легкие, отодрал их от остального. Пир продолжался. Голод не просто затих, а исчез. Тело было готово ко всему, но разум напоминал, что не сделав того, что надо, можно потом и не найти добычу. Подвесив тушку на сук, охотник начал искать травы, лишь нюх и навыки указывал на них. Спустя немного времени, то что было совсем недавно зверьком, превратилось в кулек нашпигованный травами и обмазанный по шерсти влажной землей. Удачная охота и трапеза, придали сил и энергии. Увлеченный изучением окрестностей, он порхал как птица. Прыгал как белка и крался как волк или лиса. Он оставался ребенком. И найдя пещеру, очень обрадовался. Страх? Он был его спутником и не смог преодолеть желание проверить содержимое пещеры. Охотник аккуратно, прижимаясь к стене, продвигался в глубь. Движения его были легки и грациозны. Словно пантера, готовая либо к атаке, либо к защите, он двигался вперед. Пещера была пуста. Глаза уже привыкшие к темноте, начали различать контуры и не только. На уровне головы было углубление из которого капала вода. Осторожно просунув руку в отверстие, ребенок, охотник и воин, понял, там прохладно и можно спрятать добычу. Не торопясь обследовав новое убежище, осторожно двинулся к выходу. То что пещера оказалась пустой, не делало его хозяином. Подсознание подсказало решение, вырвав клок волос, и найдя подходящие щепки, привычно добыл огонь и запалив волосы развеял их на входе в пещеру. Ни один зверь не рискнет войти туда где пахнет паленой шерстью. Этот запах говорит о смерти и лишь человек идет на него в поисках очага. Скользя бесшумно по опавшим веткам и листве, вернулся к тем самым деревьям и забрал свою добычу. Когда вернулся в пещеру, сунул ее в нишу, но тут же выдернул обратно. - Вода намочит! -подумал он. Надо было придумать, как сохранить еду и не прервать ток воды, она была важна не меньше чем пища. Камни для площадки нашлись быстро и вот уже в нише появился подиум на котором покоилась добыча а под ним текла вода. Часть собранных камней превратилась в чашу куда капала вода и наполняла ее. Смесь песка и земли надежно закрывала пространство между камнями не позволяя воде стекать сквозь них. Плетение из веток закрыло нишу. Оно закрыло доступ к запасам, а вплетенные травы прятали запах пищи. Так у него появилось убежище. Еще не развитый дар помогал охотится. Он все отчетливее чувствовал не столько самих зверей, сколько их души. Неожиданно для себя понял, что и души деревьев понимает то-же. Шли дни, пролетали недели. Его уже не донимал голод, Из шкурок убитых животных, щедро приправленных в качестве подношения мясом, ему сшили одежду. Он не рос обузой для племени. Непрерывная охота и пища сделали свое дело. Он стал осознавать многое, он не был уже ребенком, голодным и загнанным в угол А тело налилось силой, молодые девушки поселения заглядывались на его стройную и сильную фигуру. Возможно они даже мечтали о том, что он станет их мужем. Но стать мужем он мог лишь приняв решение, но именно вопрос женщин интересовал его меньше всего. Да и предстояла зима, а значит надо успеть и дрова заготовить и зверя набить. Очередная охота превратилась в боль и страдания. Увлекшись поиском добычи, не заметил медведя подранка, которого преследовали охотники племени. Два удара исполина повредили позвоночник и сломали бедро. Боль прошила тело. Очнулся в полупещере. Боль пронзала тело и хотелось выть. Даже не выть, а орать. Руки женщины легли на лоб, словно уговаривая. Их приятный холод, немного успокоил боль. - Не суетись, очнулся и ладно. - произнесла она. - На, выпей, это поможет. И протянула к губам чашку с теплым, странно пахнущим, напитком. Напиток и правда помог, боль утихла, а тело начало проваливаться в сон, мысли утихали. Сквозь сон услышал - Нет с нами Шамана! Он бы тебя спас! А так, твоя душа в руках духов. Шаман, духи, слова впитывались в память ища ответы на вопрос - А кто это? Сны менялись, если это были сны. Боль, руки, напиток, и снова в страну, где все как всегда, но там видно все! Души деревьев, души животных и самое страшное, души людей. Чаще всего они излучали злобу и голод, реже похоть и желание. В их душах не было нежности,свойственной природе. Даже процесс воссоздания себе подобных был жесток. Не было ласк и ухаживаний. Взял и все! Даже волки были гораздо романтичней и нежней. Зайцы мило терлись мордочками и лишь потом. Люди превзошли всех! Нет они не смогли превзойти пчел и пауков. У них мужские особи после спаривания либо погибают, либо становятся обедом. Очередное пробуждение не было связано с болью. Он попытался встать, но тело и ноги не слушались. Отчаянье, одно чувство, которого хватит, чтобы убить мысли. Желание жить, пересилило то, что подло притаилось в сознании. Дурные мысли. Они так и шептали - Вот и все! Ты никогда не сможешь ходить! Ты обуза для племени! Злость кинула тело, заставляя его двигаться и тело снова отозвалось болью. - Ты что удумал? - голос прозвучал одновременно с руками прижимающими плечи, - Рано тебе прыгать. Лежи. Ее голос напоминал голос матери. И снова ее руки и чашка. Пить не хотелось, но уговоры подействовали. Разбудил его запах. Запах весны и возрождения жизни. Но откуда этот запах на финале лета и начале осени? Запах манил, запах звал. Попытки встать давались с трудом. Но с каждым разом он поднимался выше и выше и на конец умудрился сесть. Прошло почти 8 месяцев, после того как найденного единожды, снова нашли на охоте, изодранного медведем. Нашлась лишь одна семья которая решилась выхаживать почти мертвое тело. И они спасли его. Он еще толком не мог двигаться, порой боль в спине просто парализовывала. Но он боролся, начал вставать, падал, но вставал снова. Любые попытки помочь отвергал сопровождая рыком. Он понимал, что тело его и владеть им, надо ему самому. Видимо духи хранили его и уже через несколько дней он почти ходил. Злость придавала ему сил, сущность рвалась на охоту, но ноги слушались плохо. Какая охота, если ты толком не можешь покрыть то, что называлось стойбищем? Но не в его принципах было сдаваться и в один из дней, он дошел до пещеры. Радость дома притупила сознание и прыгнувший из темноты волк, стал неожиданным ударом судьбы. Закрыв лицо, он подумал - Сдохни тварь! Волк вдруг забился в конвульсиях, еще в прыжке. Жалость, она разумна, и он понял, что зверь не виноват. Положив руки на тело, пытался успокоить и внушал еще не осознанные мысли - Все будет хорошо! Волк притих, лишь изредка поскуливая, тянулся к рукам. Руки гладили его по шерсти и возвращали к жизни. Возникшее желание, убить, требовало мало эн