– В таком случае, я готов заплатить ей за профессионализм.
– Хочется напроситься к тебе в гости и посмотреть на эту фамм фаталь.
– Всему свое время, – усмехнулся Федор. – Я научился быть острожным.
– Ты имеешь в виду… Хм… – Семенов замялся.
Дружили они давно, но Антон иррационально побаивался Птичкина, хоть тот никогда поводов не давал. Чуял его внутреннюю силу. Понимал, что если возникнет конфронтация, ему не продержаться против Федора и минуты. Тот его сожрет, плюнет на его могилу, а через четверть часа забудет его имя.
Но в этой силе была и притягательность. Семенову нравилось находиться в ее поле. Каждая встреча с Федором – даже банальный ланч между дел – как будто бы насыщала его самого кусочком этой силы.
– Да, я имею в виду Элизу, – спокойно подтвердил Птичкин.
– Как она, кстати? Давно ее видел?
– Я вообще не видел ее с тех пор, как это произошло, – равнодушно пожал плечами Федор. – Ты же знаешь, я не сентиментален. С ней общается мой секретарь.
– Она до сих пор…
– Да. Прогнозы неутешительные. Но в следующем месяце ее смотрит один бразильский врач. Говорят, кудесник. Может быть, что-то и получится.
– А она… Даже не пыталась связаться с тобой? Посмотреть тебе в глаза?
– Поверь, она бы в моих глазах ничего нового не увидела. Элиза кто угодно, но не дура. Она это сама прекрасно понимает. Но секретарь говорит, что она довольна.
– Довольна? Ей же всего…
– Двадцать семь, – подсказал Птичкин. – Она под опекой лучших врачей. У нее личный водитель и домик на озере Сенеж. Четыре раза в день ей приносят деликатесы из новиковских ресторанов. С ней занимаются массажисты и физиотерапевты. Она на хороших антидепрессантах. Ее родителям я купил двухэтажную квартиру неподалеку. Ее младшей сестре оплатил учебу в МГУ. Отца пролечил в Израиле. Я купил ей БМВ с ручным управлением, японское инвалидное кресло. И даже любовника.
– Любовника? – Брови Антона поползли вверх.
– А что в этом такого, – пожал плечами Птичкин. – Ей двадцать семь лет. Ей нужно, чтобы рядом был влюбленный мужчина. Она, конечно, не знает, что я за это плачу. И никогда не узнает. Кроме того, ее ждет операция в Бразилии. Можно сказать, девушка вытянула счастливый билет.
– Да уж… – поежился Семенов. – А эта Сандугаш? Она тоже вытянула счастливый билет?
– Жизнь покажет, – улыбнулся Федор Птичкин.
Дни сменяли друг друга. Сандугаш методично пробивалась наверх. Полгода назад приехала в Москву никому не известной девочкой. Одной из миллиона смазливых куколок, искательниц славы. А теперь ее имя было на слуху. Иногда ее приглашали на съемки без кастинга. Она снялась в эпизоде известного сериала. И в телевизионной рекламе – молочный шоколад, который Сандугаш поглощала перед камерой с таким сладострастием, словно это был не десерт, а тончайший сексуальный опыт. Ее стали приглашать позировать для модных страничек журналов. А это уже работа другого ранга.
Марианна была довольна. Она не ошиблась в этой девочке. Еще чуть-чуть – и можно будет показать ее итальянским партнерам.
Сандугаш окончательно перебралась из модельной квартиры в особняк Федора. Марианна пыталась ее отговорить.
– Поверь мне, милая. Не смотри на мое гладкое лицо, мне очень много лет. Вдвое больше, чем тебе. Да неважно, сколько. Федор Птичкин – скользкий тип. С ним можно один раз встретиться, удовлетворить страсть к приключениям. Но не больше. Ты рискуешь потерять все.
– А мне кажется, вы ошибаетесь, – упрямилась девушка. – Вы не знаете его так хорошо, как я.
– Ну конечно, ну конечно! Классика жанра – «он не такой»! Или мое самое любимое – «рядом со мною он изменится».
– Вы просто не знаете всего. Я не могу этого объяснить. Не делюсь чужими секретами.
– Сандугаш, ты девушка взрослая. Только вот если ты делаешь это ради физического комфорта, знай, что я и так собиралась переселить тебя из этого клоповника.
– Да не волнуйтесь так, все со мной будет хорошо. И комфорт тут ни при чем.
– Ты много работаешь. И, конечно, приятнее, когда тебя возит по кастингам личный водитель, а дома ждет горячий ужин, который приготовил для тебя повар. Приятно спать на шелках, сидеть в пенной джакузи и расслабляться у камина. А по утрам пить хороший кофе в саду… Но… Ты просто подумай о том, что ты продаешь. Знаешь, у меня есть квартирка на Чистопрудном бульваре. Самый центр! Небольшая, но уютная. Могу пока дать тебе ключи. Будешь там совсем одна.
– Спасибо вам большое за такое неравнодушие, но правда не стоит. У меня все будет хорошо, – твердо повторила Сандугаш.