ние. Знать бы ещё где мы? Далеко ли от боевых действий? Вот бы меня ещё отпустили, было бы совсем хорошо. – А ты выпустишь меня? – что если это невозможно, пока я замены не найду, хотя мамой всех подряд не называют. И тогда воображение подкинуло мысль, что при такой степени родственной близости, я могу тут остаться до самого взросления, а то и дальше. Не слишком это воодушевляет. Но трилобит вовремя ответил: – Конечно, мамочка, я теперь тебя буду везде слышать, — чешуйки разъехались и я вздохнула с облегчением. Интересно, что значит это «везде». Везде внутри себя, везде, даже если я отойду на пару километров на какой-нибудь планете, или вообще везде в любой точке космоса. Ну последнее вряд ли, это из разряда детских преувеличений, вроде сто тысяч миллионов, в смысле очень много. Привстав, я огляделась, все ли на месте. Военные, желающие порулить, смотрят на меня с ожиданием. Божеств нет. Но ближе всех оказываются двое: Балсан Тагай и Молчун. Похоже оба считают своим долгом меня охранять и заботится. Причины киборга мне худо бедно понятны, а вот чем руководствуются Мангуст? Так, что будем делать дальше? Контакт установили, но я совсем не капитан. Нет, при всей близости моих отношений с Битом, управлять космическим кораблем я не умею. И поскольку Балсан Тагай не умеет управлять именно такими кораблями, а я вообще никаким, я решила попросить его помощи. – Мангуст, мне снова нужна твоя поддержка, – было очень неловко просить Балсана Тагая об услуге опять. Из-за того, что я так и не смогла его отблагодарить за помощь с киборгом. – Что случилось? – матог спросил встревоженно, куда опять бежать, кого спасать. И я поторопилась его успокоить. – Мне нужна помощь в управлении кораблем. Ты ведь управлял кораблем «печальной звезды»? – наш разговор не был секретом для окружающих, но и перебивать меня, предлагая свою кандидатуру никто не стал. То, что я доверяю знакомому капитану, было понятно из нашего разговора. – Да, но на таком корабле я впервые, и не уверен, что смогу сделать то, о чем ты просишь, – Мангусту явно не хотелось меня разочаровывать, но и не сказать все как есть он не мог. – Я понимаю, но давай хотя бы попробуем, у меня есть координаты безопасной планеты, и судя по тому, что она принадлежала Ро-ога, нашим Ро-ога я имею ввиду, она не должна быть слишком далеко. Информация полилась рекой, и меня распирало от разнообразных сведений об Огоне. И большого труда стоило не начать все это рассказывать стоя посреди рубки, в которой по-прежнему было многолюдно. Кажется огненная Богиня переборщила с данными о планете, может она хотела мне её таким образом разрекламировать, а может помочь освоится, но то, что ей хочется, чтобы я осталась на Огоне было очевидно. Я позвала Бита мысленно, потом в слух, ответ пришёл не сразу. – Мама? – чуть заторможено отозвался кораблик. Может он задремал? – Бит, нам нужно прогуляться в одно место, – начала я. – А куда? – Понимаешь, я знаю куда нам надо, но не знаю как показать тебе. Вот как ты раньше понимал куда вам надо? – я ступала на тонкий лёд. Бита явно раньше принуждали к работе и меньше всего мне хотелось ассоциироваться у него с прошлыми пассажирами. – я обычно плыл с другими и повторял за ними… они всегда так быстро плыли, я часто за ними не успевал. А один я ещё не плавал. – Вокруг много других кораблей? – запоздало спохватилась я. С армадой вражеских кораблей, нам точно не справиться. – Нет, я опять отстал, когда ты пришла, я отвлёкся, теперь я знаю где они, но мне их не догнать. Я успокоилась, хотя конечно, кораблик мне жалко, но во-первых его родных кораблей там я так понимаю нет, иначе Бит не принял бы меня, а во-вторых даже если бы мы плыли по течению, не высовывались, рано или поздно нас бы раскусили. И тогда все наши предыдущие подвиги стали бы бессмысленными. Как же понять где мы? – А у тебя нет карты? – Бит не ответил, не понял меня? – ну, то есть образов, картинок, звезд и тех мест, где ты уже бывал и тех мест где ты ещё не был? – это был призрачный шанс. Должны же на корабле быть карты, происходила же у них навигация каким-то образом. – Есть, но колоть и жалить я больше никого не буду, – как мне показалось насуплено и решительно сообщил Бит. И что это было? Вернее, конечно я знаю что. Но мы ни на кого нападать не собираемся, поэтому я с чистой совестью сообщила: – Конечно не будем, только если к нам самим кто-то приставать начнёт, – хотя нам наверное, даже тогда, лучше прятаться или бежать, какой из ребёнка противник – так ты можешь показать мне картинки? – Ладно, – не слишком охотно и с опаской Бит выполнил мою просьбу. Перед саркофагом вывалились сотни, нет тысячи объёмных изображений звёзд. Как тут разобраться? Нужен суперкомпьютер, чтобы всё это пересмотреть. Компьютера нет, но есть киборг, и теперь я понимаю, почему Мангусту на корабле киборги помогали. У нас он тут только один и у него есть проблемы с речью, а ещё он вряд ли хоть раз выполнял подобную работу. – Бит, можно моим помощникам посмотреть эти картинки, – надо и Балсана Тагая как-то в наш круг общения включать. – Можно, только если они не будут меня ругать и командовать куда плыть, – подумав добавил корабль. – О чём вы говорите? – спросил меня Балсан Тагай, когда в нашем с Битом разговоре возникла пауза. Я в легком недоумении повернулась к нему, он ведь сам всё слышал, но затем поняла, что для общения с кораблём использую какой-то новый для себя язык. Ну Пола! Знатно она в моей голове пошерудила. И вроде всё для моей пользы, но практически, без моего ведома и разрешения. И что, так можно было? Надо было у Тёзки попросить знание универсального и не мучиться с имплантатом, хотя я ведь уже после с ним познакомилась. Но это ведь ещё одна проблема, если они на разных языках говорят, мне все объяснения дублировать придётся. Вот, кстати, ещё вопрос: где Тёзка и Пола. Я чувствую, что они на корабле, но где именно не знаю. Раньше такого кажется не было… мои способности усилились или кораблик отчитывается? Было бы хорошо, если бы Пола ещё кого-нибудь из нас знанием корабельного языка наградила. А пока надо загрузить Лорана. Думаю передать ему образ нужной планеты я смогу, пусть ищет адрес, без этого нам дальше не продвинуться в любом случае. У Молчуна моя просьба не вызывает ни сомнений, ни возражений. Даже не знаю радоваться или расстраиваться его покорности. С одной стороны уговаривать и его было бы отдельной песней, но с другой, его безоговорочное послушание сразу показывает мне на ком лежит ответственность за все решения в его жизни. И как далеко такое поведение от обычной личности, когда даже ребёнок может решить хочет он драться или нет. Обращаюсь к Мангусту – Лоран сейчас занимается маршрутом, но как вести этот корабль я пока не знаю. – Да, я не понял, что именно ты говорила, но то, что уговаривала на что-то – заметил. К нам наконец приблизились несколько военных. Они увидели, что контакты с кораблём я наладила и даже киборга привлекла к работе. И теперь им требовалось больше информации и дальнейший план действий исходя из неё. И я не уверена, что наших военных устроит плыть по течению, то есть лететь на Огон, а не на земли планетарного содружества. Да и я в качестве ведущей силы их вряд ли устрою. Это в кризисной ситуации они пошли у меня на поводу, потому что это приносило ощутимые плоды, но вот они сейчас выдохнут, соберут мысли в кучу, и кто-то из старших начнёт мной руководить. Надеюсь не слишком рьяно и мы успеем направиться в нужное место. Тем не менее объясняю ситуацию. Начинаю с хорошего. Враги ушли далеко вперёд, где они, мы знаем, и главное, что они не вокруг нас. Горячих голов, желающих развить наступление и бить врагов с помощью их же корабля находится не много и их приходится огорошить новостью, что корабль у нас живой, если кто-то вдруг не заметил. Но и этого мало, конкретно наш, ещё и ребёнок. И ему не по силам атаковать взрослые корабли. Кстати интересно, что вообще ему по силам. Я сообщаю, что Бог дал мне знание о ближайшей безопасной планете. Туда мы и попробуем добраться. Спрашиваю, как насчёт остальных вражеских Ро-ога, и выясняется, что пока я налаживала контакт с кораблём, часть освобождённых отправилась зачищать корабль, кто-то из незнакомых мне военных удивляется, что знает корабль как свои пять пальцев, хотя раньше, понятное дело, даже просто в таком же не бывал. Значит первый шок прошёл и люди начинают обращаться к логике в спокойной-то обстановке. А она почему-то отказывает. Погодите, не удивлюсь, если Тёзка пошёл воевать с остальными и у них тоже возникнут вопросы о чудесном избавление от врагов на подлете. Спасибо тебе Тёзка, отвечать на эти вопросы вероятно буду я, больше-то некому. Наконец, Молчун отвлекает меня сообщением, что все готово и он проложил маршрут. Он подманивает к себе ряд картинок, показывая мне. Умный человек не боится признаться в своём незнании, я – умный человек, поэтому перенаправляю Молчуна к Мангусту. И вместе они рассматривают полученную композицию. А я смотрю на них вопросительно. Знакомое дело привлекает остальных пилотов. Я осторожно отхожу в сторону и касаясь стены обращаюсь к Биту. – Мой друг знает как нам лететь, это не очень далеко и можно лететь медленно, как ему показать куда лететь? Я не отходила слишком далеко, поэтому сразу заметила, как появляется ложемент. – Кто из них твой друг? – настроени