Глава 25
Я чувствую дуновение ветра. Откуда он здесь, мы ведь в замкнутом пространстве? Но ветер становится чуть сильнее, немного подталкивает меня в спину и щекочет ухо. – Дитя, ты шаманка? – шепчет ветерок. Киваю, опасаясь даже чуть слышным шорохом или голосом привлечь внимание Харуха. В местах, где он касается Кеша появляются ожоги. А когда он касается колонны, она начинает истлевать. – А где твои игрушки, шаманка забытого Бога? – продолжает расспросы ветерок. Неужели Харух не слышит этот шёпот ветра? Но мои мысли он не может не слышать… – Магали, для тебя нет надежды, – обращается Харух раздосадовано, видимо, к ветерку, – это же глупо, тратить последние силы на ничтожную неуч. – Не слушай его, я помогу. Поищи, у тебя должно быть хотя бы что-то из шаманских штучек, – подбадривает и подгоняеть меня ветерок. Руки послушно опускаются, и я задевают свою форму. Это простое действие заставляет заметить, что я одета так же, как проходила весь день, то есть в одежду подаренную Тёзкой. Только вместо пистолета у меня за поясом обсидиановый кинжал. Он похож на тот, что я видела у Тёзки, только изящнее, то ли женский, то ли подростковый вариант. Ещё у меня на поясе небольшой карман, но я не решаюсь отвести глаза от Харуха и узнать, что там. На ощупь открываю отделение на поясе и нашариваю в нем зеркальце. Зеркальце чёрт возьми! Зачем оно? Странный вопрос от девушки, но сейчас мне нужны не девичьи, а шаманские штучки. Правда, постепенно до меня начинает доходить, это не простое зеркальце. Оно как минимум символизирует то зеркало, которым владеет Тёзка. Я между прочим в какой-то древний храм с его помощью провалилась. А Тёзка с помощью зеркального щита вообще врагов испепелял. Может это тоже волшебный предмет? Эти выводы меня приободряют. Харух оборачивается, заинтересованно глядя на меня. Он меня не боится, для него мои потуги придумать план – весёлое шоу. Плана и не надо, надо просто что-то делать. Делать прежде чем думать. Вынимаю зеркальце, направляя его на Харуха. Если поможет хорошо, если нет – повеселю этого маньяка. Забавно, наверное, выглядит девушка наводящая маленькое зеркальце с ручкой на противника. Я зажмуриваюсь и держу его как пистолет двумя руками. Приоткрываю один глаз, затем второй, потому что мёртвая тишина это не то, на что я рассчитывала. Вдруг башню оглашает дикий смех. Я понимаю, что смеётся не Харух, как я подумала сначала, а Кеш. Он оглядывается нашу композицию всё ещё смеясь, в то время как Харух замер, просто окаменел, завороженный отражением. Что он видит там? Свою жизнь, какие-то свои дела? Мы стоим так, он – не шевелясь, я – опасаясь потерять призрачный контроль над ситуацией. У меня остался кинжал, и я сначала бросаю его в Харуха, а потом думаю. Иначе с Харухом нельзя. Я думаю, жаль что не смогу дотянуться до Харуха ударом, тут же соображаю, что на удар тоже надо решиться. Что близко подходить к нему у меня нет никакого желания. Что метнуть кинжал тоже было плохой идеей, я боюсь, что Харух скорее поймает его, чем получит серьёзный вред. А ещё он может отвлечься от зеркала. Но мой противник не движим. Мысли как молнии сверкают вспышками. Кинжал лишь задевает Харуха, пролетая, царапает его по шее, кровь брызжет, но недолго. Моментальная регенирация?Харух даже не дёргается. – Слишком много думаешь, – недовольно замечает ветерок, – делай жертвенное посвящение своему Богу. Ему и пары капель крови хватит. – Что? – мозг не хочет выполнять свои обязанности по защите своего владельца и делает вид, что его нет. – Скажи, «посвящаю тебе и имя Бога» – как неразумной объясняет Магали. – Посвящаю тебе Тёзка, – говорю заторможено, похоже это заразно. Харух оседает на пол, заметно, что слабеет и выцветает, медленно, пока не исчезает совсем. – Я его, что убила? – не доверяю своим глазам. – Конечно, нет, – раздражается Кеш, – Ты что думаешь Бога убить легче, чем человека. Смешно я не смог, а ты сумела. Это был его фантом. Он просто был на чужой территории, в твоём сне и прислал сюда куклу. – Но ты же остался, ты тоже фантом, или нет? – вопрос на самом деле важный, если реального Кеши здесь нет, помочь ему я не смогу. На мой вопрос Кеш разозлился ещё больше. И чего спрашивается злиться, принялся объяснять, вот пусть и объясняет. Да, у меня недостаточно информации, так просветите, а не обзывайтесь нехорошими словами. – Если ты не заметила, сестрица, – в этом месте едкий тон Кеши явно подразумевал что-то вроде идиотка, – я скован. – Ты скован и…– не обращаю я внимания на яд в голосе. – Не могу стать фантомом, у… – Он лишён Божественной силы, глупышка, – перебила Кеша Магали, вредно хихикая, но её «глупышка» звучало куда нежнее, чем «сестрица» Кеши. – А ты? – Харух даже не заметил, что я к Кешу привязалась. Я ведь даже воплотиться уже не могу…– прошелестела Магали. Я подобрала зеркальце и когда успела его обронить, так и разбить не долго. Подошла к валяющемуся на земле кинжалу, крови на нем уже не было, ушла к адресату. И что меня ждёт, подношение Тёзку обрадует, опечалит или разозлит. Надо готовиться к каждому из вариантов, а то и ко всему сразу. После дикого страха перед Харухом, руки и ноги плохо слушались, и я мимолётно подумала, что хорошо было бы, подлети кинжал мне в руки, как инструменты, тогда, на операции Молчуна. И кинжал послушно лёг в руку. Правда я стала ещё слабее. – И зачем было так делать? – забеспокоился ветерок, – ты же просто человек, вам нельзя такие силы тратить, так ещё и по пустякам. Вот непутевая… Немного отдохнув, я направилась к Кешу. Естественно, Харух не оставил ключей или каких то отмычек от кандалов своего пленника. Никакого напильника у меня, конечно, с собой тоже не было. И пока я соображала, как же помочь Кеше, мне в голову пришла ещё одна умная мысль. Конечно, это не слишком честно, и я на самом деле плохо себе представляю, как именно смогу помочь змееподобному божеству, но стребовать за помощь какую-нибудь услугу, по моему будет вполне честно. Я должна ему за помощь с Молчуном, а он будет должен мне услугу, за свое спасение. Поднимаю глаза на Кеша. Теперь он, не кажется, мне таким уж страшным. — Если я смогу помочь тебе выбраться отсюда, что я получу взамен? – вообще у меня нет опыта подобных торгов, и Бог конечно это чувствует. Тем не менее Кеш оживляется. Видимо, он к тому же замечает, что некоторые идеи по его освобождению у меня есть, просто они ещё точно не оформились. Поэтому он Осторожно, спрашивает: — А чего бы ты хотела? Так быстро придумать, что именно мне нужно, я не могу. Например, есть совершенно ненужный мне титул королевы. Кеш мог бы помочь мне в этом. Это мы уже выяснили у Полы. Есть мой долг, было бы неплохо забыть о нем. Есть желание помирить Кеша и Тёзку. Что если они объединятся, шансы победить Харуха явно возрастут. Может быть вообще попросить всего этого вместе? — Мне кажется ты хочешь слишком многого. А иногда просто невозможного. — Хорошо, давай обозначим нашу договорённость так: я помогаю тебе освободиться, а ты должен будешь мне одну услугу, – предлагаю — Ладно, — Вздыхает Кеш, но он не выглядит слишком уж расстроенным. Хотя и силы у него на исходе, чтобы препираться. И думаю, он многое бы отдал, чтобы наконец освободиться. Его объяснение по поводу исчезновения Харуха наводит меня на мысль, что будучи в своём сне я могу очень многое. К сожалению, с кандалами я по-прежнему ничего сделать не смогла. Как бы я не тянула их, представляя себя сильной как супермен, порвать, развести края, как-то повредить, вообще, голыми руками или обсидиановым ножом мне так и не удаётся. Но вот стена, к которой они прикреплены оказывается более податливой. Стоит мне представить, что это не крепкий камень, а просто мокрый песок, как крепления, держащие цепи выпадают. И протащив их через кольца, Кэш оказывается закован лишь в браслеты, на ногах и руках. Я Уже хочу взять Кеша за руку и проснуться. Попытавшись таким образом протащить его через свой сон, когда меня настигает Магали. Как я могла её оставить? Хотя как её забрать тоже не известно. — Ты пахнешь ими, моими людьми, – догоняют меня её слова. Я замираю, не понимаю, что же это значит. — Тебе придётся забрать Магали с собой. Иначе Хорух окончательно лишит её жизни, — Следует замечание Кеша. — У тебя были свои люди. А где они? – с замиранием сердца спрашиваю я. Что если это она о Земле? — Они рассеялись по всей Вселенной. Те, кто спасся от Харуха, конечно. — А раньше они жили с тобой? – хочу узнать ещё что-нибудь. Мне нужно понять её дом – это Земля или нет. — Д