Провожатые раскрыли две двери смежных комнат, сняли наручники, почти одновременно втолкнули нас. Я упала на мокрый пол. Потоки смывали с камней продукты жизнедеятельности предыдущих «постояльцев». Хорошо, что обувь теплая и плотная резиновая подошва. А Кара? Выходя из коттеджа в ту злосчастную секунду, на ней был легкий костюм из тонкой материи и подобие шелковой накидки; на ногах домашние туфли. Я подползла к стене и попыталась постучать – вдруг сработает. Но стены каменные, плотные, не докричаться. Я рванула в сторону двери. Попыталась подняться на носки, увидала наших провожатых. Они разговаривали с комитетником, что минуту назад покинул ту комнату криков.
С яростью ударила дверь, но лишь повредила костяшки пальцев. Бесполезно. Это глухая клетка, выхода отсюда нет.
Инцидент привлек внимание к собственным ладоням: их покрывали широкие волдыри – последствия яда борщевика. Если они лопнут, пострадает вся рука. А это непременно произойдет – рано или поздно.
Мигом достала из внутреннего кармана мастерки кусок простыни, служившей платком, разорвала на полоски и перевязала ладони, насколько это оказалось возможным. Нутром чуяла: все только начинается.
87
С самого начала ведите себя спокойно, уверенно. Вы должны излучать силу, даже если вам мелют кости или вбивают гвозди в пятки. Кричать можете, сколько угодно – это не возбраняется. Но то, что касается психики – никакой слабости. Они могут дать вам слышать истязания, случайно пролить алую краску – якобы кровь, заставить смотреть на измученного пытками метрополийского прихвостня, пока вы якобы чего-то ожидаете… Все это будет записываться на камеру – или диктофон, чтобы после исследовать на предмет расширяющихся зрачков или непроизвольных реакций, вроде вздрагивания или несоответствия мимики и телодвижений вашим словам… Так вот: это должно проходить мимо вас. Боль в умелых руках – действенное оружие. И еще, сделайте одолжение: не смотрите им прямо в глаза, какими бы чистыми не были ваши наивные души. Опытный комитетник заставит вас рассказать все, что ему необходимо под масками иных историй и вопросов. Пока вы сильны внутренне, им не сломить вашу оболочку. И да, вы просто не имеете на это право.
Ведут в ту самую комнату криков. Там стоит стол. Меня усаживают по одну сторону, по другую ждет Гриф. Кто-то ненароком вытер жирную, размашистую кляксу бурой крови у основания, как будто позабыли сделать это вовремя. Гриф соединил пальцы рук в замок, натянуто мило улыбается.
– Фрау Армина, – сладко тянет он, – как я рад, наконец, с вами побеседовать. Ваши друзья, – смахивает крошки со своей части стола, – не слишком сговорчивые люди, – по-прежнему елейно демонстрирует зубы. – Так откуда вы? – как бы невзначай интересуется он. – Как ваше полное имя? Видите ли, – он поднял несколько листов бумаги, усмехаясь, – я так и не сумел определить вашего настоящего имени. Прямо «женщина из Исдалена»! Ха-ха-ха! Слышали ли вы такую легенду, а?
– Слышала.
– Так как ваше полное имя, фрау Армина?
Партизански молчу, глядя ему прямо в глаза.
– Ну что ж, – встает он, – есть способ это выяснить.
Слишком быстро заходит охранник, неся в руках два аппарата: коробку и ноутбук. Проворно, сильно хватают связанные руки, тычут каждым из десяти пальцев в коробку с зеленоватым свечением – берут отпечатки пальцев. Я начинаю громко хохотать – так, как смеются только умалишенные люди: бесстрашно, заразительно, звучно. Они не могут этого понять, Гриф серьезно смотрит на монитор, тычет пальцами в кнопки, что-то усиленно ищет. Потом сам начинает надрывно смеяться.
– Ах ты рыжая подстилка… – еще слаще тянет он. Потом берет себя в руки, откладывает в сторону аппараты, шепчет на ухо охраннику какой-то приказ; тот уходит. – Прямо как мертвые души… Читали когда-нибудь «Мертвые души» Гоголя? – стоически молчу. – Только вот там они и правда были мертвые… – Гриф берет чистый лист бумаги, кладет на него ручку, вполне дружелюбно протягивает в мою сторону. – Может, для вас удобней поделиться информацией в письменной форме? – Я сижу неподвижно; продолжаю смотреть меж его глазами, в область переносицы. – Могу выйти, дать вам время на размышление. Не желаете?