– Будь осторожна, – холодно отозвался Нат и двинулся к лесу.
Несмелым шагом подходя к заброшенному гиганту, цвета грязного песка, я вдруг почуяла опасность, таящуюся в его недрах. Это не походило на страх, скорее, внутренне ощущение предосторожности. Но когда я поняла, что рабочий шум действительно имеет место быть, оказалось слишком поздно: я уже не могла повернуть назад.
Натаниэль понял это секундой позже моего, и несколько раз прокричал: «Поворачивай, Кая! Ну же! Не делай вид, что не слышишь меня! Уговора посылать тебя на верную смерть не было!» Я слышала панику в его нарочито приказном тембре, и самый настоящий страх – но уже действительно было поздно. Нет, мы не зря тащились в такую даль, не зря Нат корпел над этими рациями, а Киану рисковал жизнью ради разноцветных тряпок. Что бы там ни было, я завершу эту миссию, и мы вернемся в Ущелье.
Территорию завода никто не охранял. Кругом пыльно, как во времена процветания. Я почти приблизилась к источнику звука, грозясь себя выдать, как вдруг грохот, где-то совсем близко, раздался из недр земли.
Колени мои подкосились.
Вцепившись руками в сумку, я стала отходить в сторону, оглядываясь. Плохая идея – очень плохая. Нужно вернуться к Нату. Как тут… что-то ловко щелкнуло. У меня за спиной.
Сумка исчезла.
В одну секунду перед моими глазами пробежали чудовищные картины, пытки, смерть. Я обернулась: за спиной стояла блестящая коробка мусоропровода. Крышка, поскрипывая, слегка покачивалась на ветру. Несмотря на все безумие, я вздохнула с облегчением: это кто-то из наших. Только мы, подпольные крысы, выжившие в этой революции мученики, готовые ставить на кон свою жизнь сотню раз, – только мы объявляли свое присутствие таким способом. Власти бы молча пустили пулю в лоб, и даже не спросили твоего имени.
Я протянула руку – в чудовищно дорогой кожаной перчатке до самого локтя – и остановила колыхающуюся крышку.
Мои пальцы схватила резвая сильная рука, и я вздрогнула, в ужасе.
– Лучше беречь такие дорогие вещи, – раздался голос.
– О-о!.. – мои нервы, казалось, вот-вот сдадут, и я лишусь не только чувств, но и рассудка.
С другой стороны пустого мусоропровода сняли крышку, и в широком отверстии показалось знакомое до боли лицо.
– Кара!.. – воскликнула я.
О, эти чудесные ясные глаза, эта обезоруживающая очаровательная улыбка, достойная пера величайших мастеров искусства, эти необыкновенные волосы, худое гибкое тело, готовое пройти сотню километров и пронести все невзгоды – о, этот великий образ, отпечатавшийся в моей памяти навеки!
Я бросилась обнимать свою покровительницу, пока сквозь бурлящий поток мыслей не пробился голос Натаниэля.
– Ради всего святого, спрячься где-нибудь! Не устраивай цирк!
Я отстранилась от Кары, насладившись объятиями и мягко, точно завороженная, произнесла:
– Иди к черту, Нат.
Кара негромко рассмеялась и молча потащила меня за стену – все же следует быть очень осторожной.
– Там опасно, – предупредила я. – почему завод работает? Взгляни, сыпется песок. Тонны песка. Как это понимать?
– Это сделала я.
– Зачем?! – изумилась.
– Чтобы никто не услышал нашей беседы. Но да черт с ним, Кая! Взгляни, какая ты красавица – просто чудо, сошедшее с небес!
– Теперь ты говоришь, как настоящая столичная леди, да?
Она снова меня обняла и притянула к себе, страстно выпаливая фразы.
– Как же долго я тебя не видела! Теперь я могу послать к черту каждого, – каждого, кроме тебя.
Мне не давали покоя работающие механизмы, создающим своим скрипом шуму на всю округу.
– Кара, запустить двигатели – плохая затея, – я отстранилась, сосредоточившись. – нас могут с легкостью вычислить. На мне нет серьезной техники, за нами ведется охота. Хороши только самые проверенные средства. Надеюсь, у тебя тоже?
Если бы перед ней стоял другой человек – Орли, Натаниэль, малышка Руни – то наверняка не заметили каких-либо перемен в этом прекрасном лице. Однако что-то насторожила меня в этих кристально-чистых, необыкновенных глазах. Что-то мелькнуло за их праведной пеленой, за маской, что почти слилась с сущностью в попытках разоблачить безумие существующей системы – и я не сумела заставить себя поверить в подлинность ответа.