- Ты не слишком сильный, но ловкий, - заметил Камиль, осматривая ссадины на своих руках, оставшиеся после нашей схватки в воде. - Кстати, у тебя нечестные приемы борьбы.
- Зато у тебя честнее некуда, - я прилег на берегу, оперся на локти и начал нарочито снисходительно разглядывать его. - Знаешь, к твоему зеленому кафтану очень пошло бы крашение в виде золотой лошадиной сбруи. На твоем месте я бы попросил такое у его светлости в качестве отличительного знака. Нужно же иметь хоть какое-то напоминание о том, кто ты есть.
- Я хозяин этого источника, - рассержено осклабился он. - Это значит, что жемчужины из него, ценные минералы и рыб имею права доставать только я. И никто больше. Это мои владения.
- Внутри владений князя? - я сделал вид, что поражен. - Наверное, ты платишь ему дань за то, что ведешь свое хозяйство посреди его угодий. Значит, ты не слуга, а арендатор.
- Я никс, - возмутился он. - Ты ничего о таких, как я не знаешь. Видно обучение в одной черной школе ни чуть не облагородило твои человеческие мозги.
- Напротив, мне присвоили там статус мага. Весьма официальный. Место главного секретаря это для меня еще слишком низко, не забудь напомнить об этом князю, раз уж ты проявил во мне участие. И кстати, в качестве кого ты состоишь здесь на службе. Ты личный конь его светлости... Или все-таки конюший?
По его покрасневшему лицу было видно, что он готов вскипеть от гнева. Его кулаки сжимались и разжимались, румянец залил щеки так, что по цвету они напоминали вареных раков. Сейчас будет драка, решил я, но Камиль все же сдержался. То ли в сражениях он редко выходил победителем, то ли его хозяин запретил ему драться на территории княжества. В любом случае мы разошлись мирно. На этот раз.
К тому же Камиля позвали вдруг чудесные нечеловеческие голоса. Издали я узнал шесть рыжеволосых женщин. Это были пряхи, наряженные, как знатные дамы и притягательные, как сам грех.
- Что ты у всех у них служишь конем и тебя пора впрягать повозку, раз дамы захотели проехаться? - крикнул я вслед Камилю, который решил уйти не попрощавшись. Кажется, он снова сжал кулаки и пробурчал себе под нос какое-то ругательство, которого я не расслышал.
СЛУЖБА У РОТБЕРТА
Так бы я целыми днями и лежал на лугу, жуя сорванный травинки. Но такой бездеятельный образ жизни меня утомлял. К тому же мне не спешили выдать жалованье. Я все ждал, что одна из прях явиться ко мне хотя бы с несколькими монета, если не с целым кошельком, чтобы я мог на выходных пройтись до ближайшего кабака. Однако в таком простом удовольствии мне, похоже, решили отказать.
Кстати, будут ли у меня выходные? Бесплатные завтраки, обеды и ужины? В том числе полдники, ланки и закуски? Я был бы не прочь расстелить скатерть прямо сейчас на траве и поесть, но никто мне не предлагал.
О переводе меня в должность секретаря речи тоже не шло, поэтому я обратился к князю сам. Он словно уже успел забыть обо мне. Зато теперь в своей крепости он казался куда импозантнее, чем до этого в пещере. В черной мантии и венце он приобрел некоторый лоск. Вокруг всюду гнездились вороны, и я невольно сравнил моего нового нанимателя с черной коронованной хищной птицей.
Что ж, раз он все еще не считал меня официально принятым на работу, то я готов был наняться на нее второй раз. Нужно напоминать о себе. Особенно такому колдуну, как князь.
Он показался мне весьма представительным. Может, стоит решиться и действительно назвать его своим господином. Рыжая голова Камиля, выныривающая то и дело из-за его плеча не должна меня смущать. Этот парень всего лишь шавка. Он сам не чародей, а всего лишь глупое существо, сторожащие водоемы и способное, если надо прикидываться конем. Стоит сесть на него, и он увезет тебя к реке, чтобы потопить, как уже однажды он попытался сделать со мной. Видно чуял конкурента. Я подумал, что неплохо будет служить у Ротберта за регулярную плату, как до этого в инквизиции. Как же сложно приходиться парню, которому нужно все время искать работу. Я опробовал это на собственной шкуре, и мне стало самого себя жалко. Но князь мой последний шанс.
Я подошел к нему и опробовал тот же старый прием.
- Я нужен вам. Здесь в крепости, а не пастбищах. И за столом секретаря. Без меня, как без рук. Я всюду вам могу понадобиться.
Ему я действительно оказался нужен. Работы было хоть отбавляй. Можно было даже не заводить часы. Время перестало иметь границы. Работать приходилось круглые сутки. Я разбирал хлам из множества бумаг: документов, договоров, магических формул и чаще всего неоплаченных счетов, спорил с кредиторами, гонял с крыши ворон-перелетчиков, усмирял разгневанных хозяином волшебных существ, следил за тем, чтобы пойманные им лепрехуны не выбегали из клеток. Разве только не чистил конюшни, потому что для этого у него был Камиль. Тот мог почистить столовое серебро, стереть пыль, вымести полы, но все для чего требовалось хоть чуть-чуть смекалки выполнял я и не получал за это ни гроша.