Фероньерка из алых камней на ее лбу вдруг показалась мне трепещущими каплями крови.
- Это ты в гостях у нас, а не мы у тебя, - вдруг четко произнесла дама в наряде солнца и с грацией королевы. - Неужели до сих пор не понял?
- Я... - мне стало неприятно от того, как ее алчный взгляд скользит по моей обнаженной груди. Воротник вдруг сам собой распахнулся, будто кто-то порвал его. Я ощутил, что в шейном платке у меня запуталась бабочка и теперь отчаянно бьет по шее крыльями. Хоть бы она задохнулась. Только задыхаться вдруг начал я. Рыжая дама с осанкой хищной лисы свирепо глянула на меня, и на горле раскрылись царапины, как если бы чья-то лапа прикоснулась ко мне когтями.
- Перестаньте, - дама с бабочками в волосах сдалась первой. - Ведь он сильнее, чем мы думаем.
- Но он не тот, - обиженно сказала та, что была похожа на саламандру. - И это не его владения. И не его отца. И не кого-либо из их предков. Это наши земли. Мы позволили людям жить здесь, а не наоборот. И за это люди нам заплатят.
- Но он не простой человек, - блондинка оценивающе смотрела на меня. В ее лазурных глазах будто светилась радуга, и смотреть в них было невыносимо больно. - Я это чувствую.
- Вот если бы ты еще почувствовала, где тот, кого мы ищем, - язвительно подметила брюнетка.
- В королевском дворце, я полагаю, но нам туда нет хода, - не менее язвительно отозвалась светловолосая.
- Нет, я чувствую, что он рядом, - рыжая принюхалась к воздуху и поморщилась от гари от костра. - Это не он разжег костер своим дыханием, но он рядом. Судя по запаху, он намного более пригож, чем этот мальчик. И мы могли бы уже сейчас представиться ему, если бы набрели на его след.
- Кто-то его от нас скрывает.
Все три пары глаз вдруг разом уставились на меня.
- Нет, не он, - подумав, заключила рыжая. - Но пока мы видим здесь только его - сына хозяина наших земель.
Она презрительно усмехнулась.
- Так давайте проявим вежливость и представимся, - предложила брюнетка, и я сразу ощутил себя, как при королевском дворе. Это было смешно, кафтан на мне был порван, я сидел на земле весь в крови, а чувствовал себя так, будто стою у трона неземной безымянной заоблачной королевы.
- Я Фамьетта, - сказала она и слегка кивнула мне, так что подвески на ее лбу звякнули, переливаясь всеми цветами красного и оранжевого.
- Меллисандра, - неохотно кивнула блондинка, смахивая со лба бабочек.
- Роксана, - дама похожая на лису хищно улыбнулась, обнажая острые зубы.
Я с трудом сглотнул. Вот мой звездный час. Три грациозные красавицы стоял передо мной в ночи и жаждут знакомства сами. И это ведь далеко не бордель. Мне не придется лезть в карман за кошельком, чтобы познакомиться с ними поближе. И все равно я заробел. Как будто даже мимолетная улыбка каждой из них могла стоить мне не всего отцовского капитала, но намного больше - жизни.
- Я Винсент де Онори, следующий граф в этих владениях, - прошептал я. Каждое слово давалось мне с трудом. Казалось, язык распух, а губы занемели.
Три красавицы смотрели на меня игриво, почти вызывающе.
- Так давай подружимся со следующим графом, - сказала Фамьетта, и все они с легкостью рассмеялись.
Горящая головня вдруг откатилась от костра и опалила мне лодыжку. Я тихо ойкнул, бархатные бриджи оказались прожжены. Над голенищем высоких сапог расползалась дыра. Знакомство мне дорого обошлось. Я надеялся, что дублоны из кармана сейчас тоже не посыплются на землю, чтобы кто-то мог проворно их подобрать. Например, те низкорослые существа, которых я замечал то на деревьях, то в кустах. Они, казалось, шастали повсюду.
- Ну, вот мы и знакомы, - почти пропела Меллисандра. Ее смех тек ко мне серебристым ручейком и полностью завораживал.
- Всегда приятно знать, с кого будешь собирать налоги на землю после очередных графских похорон, - ехидно добавила Роксана.
- Простите? - я не понял.
- Видишь, старик ему ничего не сказал, - Роксана взглянула на Фамьетту так, будто выиграла пари. - Я была права.
Она протянула руку вперед, но величественная дама в золотом даже не шелохнулась, будто заранее знала, что подруга лишь опалит об нее пальцы. Раздался тихий всхлип.
- Ну, зачем ты так, - Роксана насупилась. - Он ведь тоже должен платить нам дань, когда придет его черед наследовать. Иначе мы затопчем его пахотные поля и перебьем всех селян.