- Многие, говорят, что этого вполне достаточно.
Она могла этого и не произносить. Ее огонь говорил сам за себя.
- Многие это не я.
- Не хочешь меня, - она почти обиженно скользнула по мне когтями и снова оцарапала щеку.
Я едва сдержался, чтобы не выругаться. Пошла отсюда, сказал бы я в этом случае селянке, перед дамой я бы просто откланялся, но с такой опасной особой лучше было бы быть вежливым.
- Я не хочу девушку.
- Верно, - она засмеялась, так звонко и заразительно, что стенки дрогнули. - Ты хочешь мальчика.
Черт, а ведь дьяволица попала в точку. Сама того не зная. Или она знала? Я обернулся, надеясь, что она не заметит волнения на моем лице.
- Ты хочешь самого красивого мальчика, какой только есть в этом мире. А что ты сделал такого, чтобы его получить. Мы все его хотим.
Уж не об Эдвине ли зашла речь. Но где она его видела. Разве только летала над замком его отца и подглядывала в замочные скважины. Откуда она вообще о нем знает. Во мне проснулась такая ревность, что я сам готов был крушить стены.
- Мы все его хотим, - отозвалось то ли эхо, то ли множество голосов неизвестных мне существ, прячущихся во тьме. Их здесь была чертова прорва. Только я со всеми не познакомился. Да и не желал. Но боялся, что со временем придется. Мой прекрасный Эдвин не спешил меня отсюда забрать, а я все еще лелеял мечту стать великим чародеем и в общем добиться успехов.
- Кто ты вообще такой, чтобы привлечь его внимание?
Теперь я уже взбесился.
- А ты кто такая?
- Я укротительница огня. А он весь из огня. Я его покорю.
Она играла пламенем возле моего лица.
Я неосторожно двинул рукой.
Фея обожгла себе лицо и теперь неистово ругалась на меня. Ну почему все сегодня на меня ругаются? Я не мог этого понять.
- Оставь его, Фрея, - властный голос разнесся по коридору, но прозвучал не как гром, а как сухое эхо. К моему удивлению, Фрея послушалась. Она исчезла первой. Ее огонек улетел вслед за ней.
Я смотрел вперед, силясь рассмотреть в темном коридоре того, кто вмешался и понял, что не могу. Кто это был? Мужчина? Женщина? Ученик школы или какое-либо сверхъестественное существо, которое без спросу забрело сюда? Я подумал, что им нужно запретить сюда приходить, хотя возможно присутствие некоторых из них необходимо для процесса обучения. Было бы неплохо схватить, к примеру, Фрею и ставить над ней колдовские опыты. Вот была бы учеба. Ощипывать перья жар-птицам. Издеваться над гномами. Обрезать крылья у фей. Меня оскорбили, и я стал садистом. Жаль, что у меня не было возможности реализовать мои планы. Просто не хватило бы сил. И навыков. Мои колдовские навыки оказались слишком ничтожны для того, чтобы повелевать сверхсуществами и противостоять другим магам. Я мог лишь в чем-то обхитрить людей. И все. Остальному мне еще предстояло научиться.
- Если будешь усердным, Милостивая Госпожа тебе поможет, - произнес некто в черном, чьего лицо я по-прежнему не мог разглядеть в темноте коридора, хотя где-то рядом мерцали бра.
Я любезно кивнул в ответ, хотя делать этого мне совсем не хотелось. Напротив, я рвался, хоть с кем-нибудь поссориться, но проснувшиеся внезапно инстинкты подсказали мне, что лучше в первый же день возвращения к учебе не наживать себе здесь врагов. Перед уходом Магнус сказал мне, что сюда уже больше не принимают того, кого однажды выгнали. Но меня ведь никто и не выгонял. Я сбежал сам.
Интересно, волен ли я уйти отсюда, если мне вдруг очень захочется. Я хотел задать этот вопрос темному незнакомцу, но благоразумно удержался. Разве можно рассчитать его реакцию? Вдруг он начнет злиться. Или натравит кого-нибудь на меня.
Вернувшись к себе, я поймал себя на том, что начал заниматься тем, чем совсем не собирался. Мои руки, словно сами потянулись к перу и бумаге, и я с удивлением обнаружил, что мой рукав уже закатан, а железный кончик пера ловко проколол вену, чтобы раздобыть немного кровавых чернил. Что за жуть? Будто кто-то другой управлял мной и заставлял делать то, что я совсем не хочу. Я поймал себя на том, что пишу письмо давно мертвому брату.
Дорогой Поль, в школе ко мне приставили наставника, странный тип, немного зловещий...
Перо замерло у меня в руке. Я вовсе не собирался это писать. К тому же тут многое не соответствует истине. Вернее все. Поль давно мертв. Мертвому написать письмо нельзя? Или все-таки можно? Но наставника у меня точно нет. Если только не считать ту тень в коридоре им.
Я глянул в зеркало на стене, и мне почудилось, что оттуда надо мной смеется женщина в черной вуали - леди Серена. А ее то уж точно в моей башне не было.