А то до этого времени они только и могли, что отступать. А где и откровенно бежать в панике. И здесь китайские солдаты увидели в небе свои самолеты, которые стали наносить удары по японским войскам. Это резко подняло их боевой дух. У людей появилась надежда. А то до нашего появления китайцы совсем духом пали. Но мы им эту надежду вернули. Китайцы поверили, что смогут выстоять против великой и ужасной Японской империи. Кстати, такой феномен наблюдается не только тут в Китае. Солдаты любой страны чувствуют себя уверенно, видя в небе свои самолеты. Самолеты, которые наносят удары по противнику. Это сильно поднимает боевой дух наземных войск. Я это помню из воспоминаний наших ветеранов. Те тоже описывали, что радовались, увидев в небе наши истребители и бомбардировщики. И вера в победу появлялась. Даже в самые тяжелые месяцы в начале Великой Отечественной Войны. Тогда даже одинокий «ишачок», увиденный нашими бойцами с земли, мог поднять боевой дух. А боевой дух для солдата на войне — это очень большой бонус. Войска, потерявшие веру в победу, обычно, воюют очень плохо и сдаются при любой возможности.
Когда фронт встал, японцы опять попытались разбомбить наши аэродромы возле китайской столицы. И снова у них это не получилось. Мы засекли на подлете японскую воздушную армаду и хорошенько ее проредили своими истребителями. Кстати в этом сражении, кроме наших летчиков и китайцев, участвовали даже наемники из 14-й эскадрильи Винсента Шмидта. Этот американец, несмотря на свой склочный нрав, все же был настоящим профессионалом. И вскоре понял, что мы делаем для победы в этой войне больше, чем все китайские ВВС до нас. Винсент Шмидт потом сам пришел к Рычагову мириться, прихватив для этого пару бутылок самого дорогого виски. Я там тоже был. И принимал участие в процессе замирения конфликтующих сторон. Ничего так посидели. Договорились о сотрудничестве и согласованных боевых вылетах. А виски этого американца мне понравился. Гораздо лучше нашей водки, которая меня в Советском Союзе уже успела конкретно так задолбать. Не люблю я водку пить. А приходится. Так как многие большие начальники в СССР ее очень уважают. И бухают по любому поводу. А мне тоже приходилось с ними пить. За компанию. Чтобы не обидеть. Чтобы не было потом всех этих претензий в стиле «ты меня уважаешь».
В общем, после этого эскадрилья Шмидта была включена в наше боевое расписание. И мы стали привлекать наемников для наших боевых вылетов. Рычагов даже расщедрился и передал Шмидту четыре И-16 из наших запасов. Американец и его соратники были от этого в диком восторге. Они же уже успели заценить наши «чайки». А то раньше эти наемники летали на таком жутком старье. В сравнении с которым, наши устаревшие «чайки» были настоящими монстрами. А тут им дали «ишачки». И это уже истребитель совершенно другого поколения. Более новый и передовой. И может быть, хоть теперь вы поймете радость этих людей от обладания новой техникой? От этого же в бою зависела их жизнь. Я бы тоже на их месте радовался.
Глава 36
Продолжение китайской командировки
Февраль не принес каких-то глобальных изменений в японо-китайской войне. Японцы уперлись в китайскую оборону и никак не могли ее проломить. Тем более, что на севере активизировались китайские коммунисты, которые решили, наконец-то, выползти из своих гор и начать воевать с японцами всерьез. По самым грубым подсчетам сейчас у китайских коммунистов было под ружьем около ста тысяч бойцов. Конечно, это были не профессиональные солдаты. Да, и вооружение у них было довольно скудное. Но проблемы японцам они смогли создать. Тем пришлось перебрасывать на север дополнительные дивизии с нашего фронта. И теперь сил для дальнейшего наступления на китайскую столицу у японцев не было.
Мы в этом месяце все так же летали к передовой линии и бомбили японские войска. На Ханькоу японские авианалеты прекратились. А все из-за придумки Рычагова, который предложил нанести удары по японским аэродромам. Тут я с ним был полностью согласен. Я это еще в Испании понял, что лучше сразу уничтожать вражескую авиацию на аэродромах. Чем потом гоняться в небе за каждым самолетом противника. Сначала мы нанесли несколько ударов по прифронтовым аэродромам японцев. Японские ВВС были, совершенно, не готовы к такому развитию событий. Еще раньше мы заметили, что служба наблюдения и воздушного перехвата у японцев работает отвратительно. За месяц наших авианалетов на передний край японские истребители только два раза попытались нас перехватить. А все остальные налеты мы проводили беспрепятственно. И японская авиация нам никак не мешала это делать. Не было у японцев еще радаров и нормальных постов ВНОС. И координация армии и ВВС Японской империи тоже не была налажена. Поэтому серьезного отпора нашим бомбардировкам японцы пока дать не могли. И мы решили пойти дальше. Решили ударить уже не по передовым частям противника, а по их аэродромам в тылу вражеской территории. И к нашему удивлению эта авантюра увенчалась успехом. Наши бомбардировщики разбомбили пять японских авиабаз, находившихся возле линии фронта. И при этом мы потеряли только два СБ-2 от огня зениток. А сами смогли уничтожить на земле около сорока самолетов противника. И полностью разрушить инфраструктуру этих японских аэродромов.