— Я бы от нового самолета не отказался, товарищ Берзин, — отвечаю я, немного подумав. — И хотелось бы что-то более скоростное получить, чем «чайка». И чтоб вооружение помощнее чем пулеметы винтовочного калибра.
А что? Наглеть, так наглеть. А когда еще, как не в такие моменты? Когда начальство к тебе относится с благожелательностью. И я же не для себя лично прошу, а для дела.
— А чем тебя наши «чайки» не устраивают? — удивился Смушкевич. — По-моему, нормальный истребитель? Маневренный.
— Маневренность у И-15, действительно, хорошая, но этого мало, — осмелев говорю я, повернувшись к комбригу. — Это не истребитель. Что же это за истребитель, если он даже бомбардировщики догнать не может? От нас вон сколько раз итальянские «Савойи» уходили. По скорости. Мы их, главное, видим, а догнать не можем.
— А каким по твоему мнению должен быть современный истребитель? — спрашивает меня Пумпур, которому вся эта авиационная тематика была близка.
— Настоящий истребитель должен быть быстрым, маневренным и иметь мощное вооружение, — начинаю отвечать я. — Желательно, крупнокалиберные пулеметы. И чтобы побольше, побольше. Штук шесть на самолет. А лучше, скорострельные авиапушки. Вот со всем этим истребитель станет королем неба. И врагу будет очень сложно с ним бороться.
После моих слов Смушкевич с Пумпуром как-то подозрительно переглянулись.
— А ты, прямо, ясновидящий у нас, лейтенант Матросов? — пробормотал Смушкевич, после недолгой паузы. — Есть у нас такой самолет. Как раз в одном экземпляре. Для такого героя как ты. Самолет секретный. Поэтому подробности узнаешь позже и не здесь.
— А я в свою очередь хочу от лица Испанской республики наградить этого героического лейтенанта наградным оружием! — прервал затянувшееся молчание генерал Миаха.
— Служу трудовому народу! — громко отвечаю я, снова принимая стойку «смирно».
А как мне еще отвечать? Я же не знаю, что там делают испанские военные в таких ситуациях. А по уставу РККА положено отвечать, именно, так. В таких вот случаях при награждении различными наградами и поощрениями. И, да! «Служу Советскому Союзу!» Эта фраза появится здесь позже. Не забывайте, что сейчас на дворе только ноябрь 1936 года.
Глава 15
Ништяки и бонусы
Испанцы мне в торжественной обстановке вручили наградное оружие. Это был пистолет «Маузер» К-96. Тот самый. Знаменитый. Революционный. Правда, этот пистолет был не немецкого, а испанского производства. Его здесь выпускала оружейная фирма «Астра Унсета». Поэтому тут «Маузеры» называли пистолет «Астра». И к этому моменту было выпущено уже несколько модификаций: «Астра 900», «Астра 901», «Астра 902», «Астра 903», «Астра 904» и «Астра F». Мне досталась модификация «Астра 903». По отзывам оружейников — это, пожалуй, самая удачная из всей линейки испанских «Маузеров». Данное оружие нельзя даже пистолетом называть. Нет, ребята. Это уже настоящий пистолет-пулемет. Не самый крутой и практичный. Но тем не менее, у «Астры 903» был режим автоматического огня, кроме стрельбы одиночными выстрелами. Переводчик огня с правой стороны в верхней задней части ствольной коробки. Не совсем удобно, но если приноровиться, то сойдет. И в отличие от классического пистолета «Маузер» К-96, у моего наградного шпалера магазин был съемный. Правда, всего на десять патронов. Но можно было использовать и двадцати патронные магазины. И я парочку таких потом себе достал. И носил в специальных узких карманах, пришитых на мой летный комбинезон. А то в кобуру пистолет с длинными магазинами не лезет. Там у меня всегда стоял теперь штатный короткий магазин на десять патронов.
Почему я так заостряю внимание на съемных магазинах? А вы попробуйте зарядить классический «Маузер». Это же настоящий геморрой. Там обойму, похожую на винтовочную, надо вставлять сверху. И это довольно проблематично быстро сделать в условиях боя. Так как обойма маузера длинная и неудобная. В общем, съемный магазин, гораздо, практичней и удобней для быстрой перезарядки оружия.
Еще мой наградной пистолет по внешнему виду сильно отличался от серийных образцов. Его ствольная коробка была покрыта красивыми завитушками гравировки с вкраплениями золота. А на квадрате приемника магазина с двух сторон были закреплены тонкие, золотые пластины. На которых выгравирована надпись мелкими, фигурными буквами: «Александру Борисовичу Матросову от испанских товарищей.» На одной пластине надпись по-русски, а на другой по-испански. Красиво получилось. Мне очень понравилось. Будет у меня память с этой войны. А то все эти ордена и медали довольно безликие. Одинаковые у всех ветеранов. А вот мой наградной ствол такой один. Оригинальный. И глядя на него, я всегда буду помнить, за что и где я его получил.